Государственная служба в России имела две основные разновидности – военную и штатскую (третья разновидность службы в России – дворцовая). Причем военная служба в общественном мнении была намного почетнее, нежели гражданская [Волков. 1993, с.30–32]. Это можно объяснить известной романтикой военной службы, ореолом опасности и героизма, отблеском славы, украшавших воина, а также тем, что военная служба непосредственно связана с ценностью «Отечество». Кроме того, при всей возможной грубости нравов казарменной жизни, люди, рискующие собою, не могут не выработать определенных правил чести, связанных с исполнением служебного долга. Возникал тип лермонтовского полковника – «слуга царю, отец солдатам», воплотившийся в Суворове и пользовавшийся уважением в обществе.

В начальный период формирования Московского государства «служба государева» (воинская) была наследственной. Дворяне были высшим сословием именно как служилые люди «по отечеству», они были обязаны продолжать службу по наследству, передавая эту почетную, но тяжелую обязанность своим потомкам. В допетровское время место рядового воина дворянского ополчения считалось более почетным, нежели весьма нерядовые должности в гражданском приказе. Что касается тяжести воинской службы, то особенно нелегка она была на рубежах «дикого поля», где пролегали «засечные полосы», прикрывавшие страну от татарских набегов (нынешние Пензенская, Курская, Орловская, Рязанская и т.д. области). Насколько тяжела была эта служба, красноречиво подтверждают царские указы, запрещающие дворянам переходить в холопы [Волков. 1993, с.26–27; Костомаров, Забелин. 1996, с.91].

Отмечался и вредный результат влияния «общего характера народной деятельности», представляющего в России служение государству, на «частную деятельность». Средствами этого влияния были: непосредственное принуждение правительственной властью, влияние общественного мнения, «когда дурно смотрят на каждого неслужащего» из обязанных служить, наличие «привилегий и выгод, которые предоставляла всякому молодому человеку государственная служба», воспитание, семейное и общественное, готовящее детей к подобной службе, наконец, тот идеал будущей карьеры своих детей, который имелся в головах заботливых родителей и к которому они приготовляли их с малолетства [Данилевский. 1995, с.423].

В советском обществе служебная деятельность приобрела гипертрофические размеры, вторгшись в сферы деятельности, которые традиционно (и разумно) строятся на базе эгодеятельности: материальное производство, включая сельское хозяйство, и торговля. В Конституции СССР 1977 года (статья 60) утверждалось, что «обязанность и дело чести каждого способного к труду гражданина СССР – добросовестный труд в избранной им области общественно полезной деятельности… Уклонение от общественно полезного труда несовместимо с принципами социалистического общества». В стране широко применялась свойственная служебной деятельности система поощрений и наказаний. Награды и почетные звания за трудовые подвиги, мастерство, с одной стороны, а с другой, штрафы и выговоры за опоздания на работу (в отдельные годы вплоть до уголовного преследования) и борьба с тунеядством.