Малайские лидеры, выступавшие против Ли, спровоцировали жестокие этнические беспорядки в Сингапуре, сначала в июле, а затем в сентябре 1964 года, в результате которых десятки человек были убиты и сотни ранены. Предположительным поводом для беспорядков стал снос малайских деревень (кампонгов), чтобы освободить место для строительства государственного жилья, но, очевидно, здесь также действовал оппортунизм этнических шовинистов и коммунистов.

В результате, менее чем через два года после объединения, Сингапур и Малайзия снова разделились, раздираемые острой партийной и этнической напряженностью. Независимость Сингапура наступила в августе 1965 года не в результате внутренней освободительной борьбы, а в результате бесцеремонного решения Малайзии отделить своего крошечного южного соседа.

Изгнание оставило островную страну полностью самостоятельной - результат, которого Ли не ожидал и к которому не стремился. Объявив о провале слияния, он был на грани слез. Каждый раз, когда мы будем вспоминать этот момент... ...это будет момент мучений", - сказал он на пресс-конференции, на которой ему нехарактерно трудно было сохранять самообладание, он был почти подавлен стоящей перед ним огромной задачей. В своих мемуарах Ли писал, что в результате разделения Сингапур стал "сердцем без тела". Мы были китайским островом в малайском море", - продолжал он. Как мы могли выжить в таком враждебном окружении? Именно воспоминания об этом надире на всю оставшуюся жизнь привили Ли чувство, что его страна должна добиваться больших успехов, потому что она постоянно ходит по канату между выживанием и катастрофой.

Строительство нации

В 1970 году, через пять лет после провозглашения независимости Сингапура, историк Арнольд Тойнби писал, что город-государство в целом "стал слишком маленькой политической единицей, чтобы быть практически осуществимым", и что Сингапур в частности вряд ли сохранится как суверенное государство. Как бы Ли ни уважал Тойнби, он не разделял его фатализма. Его ответом на вызов Тойнби было создание новой нации из разрозненных народов, которые исторические потоки выбросили на берега Сингапура.

Только то, что Ли считал «крепко сплоченным, суровым и способным к адаптации народом»- народ, объединенный национальным чувством - могло выдержать многообразные испытания независимости и защититься от двух страшных кошмаров: внутренних беспорядков и внешней агрессии. Его задача не была в первую очередь технократической. Жертвы могут быть принесены силой, но они могут быть поддержаны только чувством общей принадлежности и общей судьбы.