– Вы не устаете меня удивлять, Бастель, – заявил он, присаживаясь на пол чуть в стороне. – Убили Жапугу, убили Лобацкого, Петра Телятина вот убили. А ведь я в Петре был уверен, м-да. С Ассамеи со мной был, с Чон-Тохола. И кровь принял хорошо, и вообще… не совсем разум она у него отбила…

На полу, звякнув, появились две «клемансины».

В ладони у Мальцева сверкнул опасным металлическим жалом скальпель.

– Ну ладно, – сказал Мальцев, кивком головы показывая на меня Шнурову, – с этим я примирился. Нашли способ и нашли. Убили, ладно. Недаром были правой дланью Бога…

– Кем? – спросил я.

– Лежи, – нагнулся Шнуров.

Он расстегнул мне мундир на груди, жесткими пальцами с треском порвал сорочку. Нашел «Фатр-Рашди», вынул, поцокал языком.

– Это я так, в глубь веков заглянул, – Мальцев фыркнул, словно сказал смешное, и подсел к государю императору. – «Пустая», как вы говорите, кровь – она не без недостатков. Капризная, мертвечины, оказывается, боится, видит, понимаете ли, только жилки. Но силу над высокой кровью имеет, и очень мощную силу. А почему? Такой простой вопрос, а вы, Бастель, мимо прошли.

Он оголил грудь императору, как и Шнуров – мне.

– Впрочем, времени у вас не было, так-то, может быть, и сообразили бы. А вот чем еще удивили – так это когда ваши люди сегодня в наш лагерь ворвались.

– У меня не было… – Я попытался приподняться, но Шнуров наступил мне сапогом на живот, а гибкая жилка пустокровника тут же стиснула шею.

– Ну как же не было! – на мгновение, лукаво улыбнувшись, повернул голову Мальцев. – Штабс-капитан, скуластый такой. Серебряно-кремовая кровь. А с ним трое. Вы должны были слышать выстрелы.

– Муханов, – выдавил я.

Не обмануло предчувствие.

– Вот видите, вспомнили. Выследили, оказывается, часть моей небольшой армии. Опасный вы противник, Бастель.

Мальцев взял в руку «клемансину», посмотрел сквозь нее на огонь свечи.

– Знаете, в чем еще один недостаток «пустой» крови?

– Носитель ее должен быть низкой крови, без примесей, – прохрипел я. – Все убийцы высоких фамилий были такими.

– Именно, – сказал Мальцев. – И идеальных носителей оказалось до обидного мало. Коста Ярданников был великовозрастный идиот. Думал стать повелителем мира. С его кровью это было невозможно. Итак…

Он несколько раз воткнул скальпель в грудь государю императору, проводя глубокие разрезы к ребрам. Кровь легко заструилась в подставленную колбу.