Роверов у них имелось штук десять. Но, как и летающие разведчики, они все были на вес золота. Повстанцы не могли позволить себе посылать таких ценных дронов на верную гибель, как корпы, у которых их была куча.

«Жаль, что дроны не записываются в добровольцы», – сказал кто-то из офицеров, и ему даже не попеняли за цинизм.

Но вот, срезав два прута решетки, робот выбрался на поверхность через водосток, словно клоун Пеннивайз из романа Стивена Кинга. Он уже успел высохнуть и включил все возможные стелс-системы, не считаясь с расходами батареи. Что толку от сэкономленного заряда, если его подобьют?

Мягко хрустело под гусеницами битое стекло. Целых окон тут почти не было. Обстрелы велись интенсивные, и даже многослойные стеклопакеты и ударопрочные полимерные стекла их не выдерживали. Они продолжались и сейчас. Как только робот дал звук и детализированную картинку, на пункте управления услышали, что работают «Паладины» – тяжелые штатовские самоходки. Артподготовка не прекращалась даже ночью.

Почти каждый высотный дом, мимо которого проезжал робот, имел черные следы от попаданий. Где-то там были раньше огневые точки корпов. Безлюдные: турель, несколько датчиков и камер да несколько сюрпризов-ловушек для тех, кто попытается взять их штурмом. И все. Но каждая такая точка могла забрать жизни десятков повстанцев…

Ровер ехал дальше, а его операторы видели картинку словно глазами маленького ребенка, который катится по тротуару на ховер-борде и смотрит на мир снизу вверх. Вот он обогнул сгоревший бронетранспортер М113 и танк «Абрамс». Те создавали иллюзию, что здесь сбылась мечта одного из русских фантастов-реваншистов тех времен, когда Россия еще считалась федерацией. Но Макс знал, что это танки «ребелов», а не врагов. Трофейные, конечно, и старые – практически из музея. Корпус мира не применял их, а держал на консервации на военной базе «Сона Милитар» в штате Морелос. Теперь они – с приваренными дополнительными противокумулятивными экранами и решетками, расписанные лозунгами – стояли тут как памятники, закопченные, развороченные, часто пробитые насквозь. И их экипажи, скорее всего, были внутри, прожаренные, разорванные в клочья, размазанные по стенкам. А иногда лежали рядом, не успев отбежать и на десять метров от подбитой машины.

Корпы воевали совсем другой техникой, которая по сравнению с этой казалась инопланетной. Несколько подбитых «Призраков» были тут же. Уничтоженные во вчерашнем бою ховер-броневики на воздушных подушках. С зализанными обводами, говорившими об их аэродинамических качествах (а эти штуки могли разгоняться до скорости спортивной машины), они были мало похожи на традиционные изделия военпрома.