Глядя в фиолетовое пламя, в его призрачно-обманные языки, некромант видел там битвы, коим ещё только предстояло разразиться. Видел тяжёлый дым от горящих хлебов, взбитую сандалиями и сапогами пехоты пыль, ощущал её скрип на зубах. Мир готовился к небывалой гекатомбе, к потокам крови, к ямищам, куда станут сбрасывать погибших безо всякого погребения, к вою голодных псов, к тому ужасу и разорению, когда вспыхивает война всех против всех, без цели и смысла.

Призрачные рати возникали и таяли в пламени портала. Вздымались и опадали зарева пожаров, пока ещё бесплотные, никому не угрожающие. Метались крошечные человеческие фигурки, бежали, падали, замирали. Портал ярился, и в череде этих видений некроманту чудились бросаемые им тяжкие, подсердечные проклятия. Изнанка мира сочилась густой сукровицей, и, конечно, хватало охочих до неё мух.

Это обман, подумал он. Хаос – вернее, то, что я привык звать Хаосом, разрушающее, уничтожительное начало – показывает то, что хочет показать. Это давно известно; ложные пророчества: скольких они погубили!..

– И долго мы ещё будем тут торчать? – сварливо осведомился отец Виллем. – Сударь некромаг! Ваш черёд. А вы, маэстро, прошу, прошу сюда, не стесняйтесь, старикам везде у нас почёт…

Сила вздрогнула. Ещё раз и ещё – кто-то ломился сверху, пытаясь пробить дорогу через заграждения и брёвна, коими старательные монахи подпёрли двери в склепе.

Маэстро Гольдони, надо отдать должное, почуял неладное даже быстрее.

– Кто тут?! – тоненько заверещал он.

– Прошу прощения, судари и сударыня, – раздалось со ступеней.

– Ньес?!

Некромант обернулся: да-да, в проёме застыла та самая целительница. Подарившая ему исцелившую любовь – и исчезнувшая.

– Прошу прощения, – повторила она. Сделала движение и вдруг оказалась рядом. – Маэстро Гольдони, моё почтение. Отец Виллем, рада видеть. Сэр Конрад, надеюсь, раны ваши затянулись. – Она вдруг сделала паузу, взгляды их с девой Этией скрестились. – Ньес, – вдруг коротко закончила она, не утруждая себя приветствиями. – Врачевательница.

– Этиа, – поджала губы та.

– П-прекрасная Ньес!.. – Этиа пихнула его локтем в бок, зашипела от боли, угодив по железу доспеха. Рыцарь поспешно замолчал.

– Понимаю, куда вы собрались, – легко сказала Ньес. – Простите, я едва не опоздала. Но вам же всё равно нужен будет лекарь? Я отлично справлюсь.

Она стояла рядом, ладная, подтянутая, в широких шароварах, низких мягких сапожках, просторном, на мужской манер шитом кафтане. По-гномьи широкий пояс с сумочками, нож на правом боку, заплечный мешок – ничего лишнего.