– Во имя Господа и во славу его, – сдавленно проговорил отец Виллем. – От такого дела отговаривать есть грех и поношение Воли Его. Ты удержишь нас всех, сударь некромаг?

Фесс только кивнул. Амулет Блейза тянул всё сильнее и сильнее, словно злой вещице не терпелось в провал.

– Держитесь за руки, – только и смог сказать он. – Будем падать. Будет страшно. Сперва.

Несчастный маэстро Гольдони издал слабый стон.

– Синьоры… пощадите старика… я ж буду только обузой…

– Ничего, мы потерпим, меня на кривой не объехать, маэстро. Некромаг! Ну, сколько ещё ждать?!

– Нисколько, – буднично бросил Фесс. И – шагнул в портал, увлекая за собой остальных.

Маэстро истошно заверещал, задёргался; Ньес и монах схватили его под руки, едва не швырнув в пропасть.

Лиловое пламя сомкнулось над их головами, в лица дохнуло жаром, серными испарениями. Тёмные обелиски Города греха ринулись навстречу.

* * *

Порталы – штука опасная, непредсказуемая и капризная. Это не дверь, которую подопрёшь поленом, да и вся недолга. Портал может оказаться дорогой в одну сторону; может быть невидим с другой стороны; может внезапно исчезнуть; наконец – может висеть в воздухе, вот именно как сейчас.

Они провалились. Пустота приняла их, горячий и сухой ветер резанул по лицам, маэстро Гольдони тоненько заверещал. А вот Ньес падала молча и лишь глядела на него, некроманта, без малейшего страха – с одной лишь верой.

Падение длилось лишь несколько мгновений, ожили левитационные чары, старые, выученные ещё во времена Долины. Те самые чары, которые маги старались использовать поменьше и только в безвыходных положениях: мало того что от них раскалывалась голова (и хорошо, если только голова!), так они ещё и, случалось, притягивали со всей округи тварей, наделённых хотя бы и малейшим сродством к магии.

Но сейчас иного выхода не было, и чары сработали, как и положено.

Незримая рука словно ухватила их всех за шивороты, встряхнула как следует, и беспорядочное падение сменилось плавным спуском.

Под ними, насколько мог окинуть взгляд, раскинулся Город греха.

Прямые улицы, геометрически правильные пересечения. Строгие формы ступенчатых пирамид, идеальные грани обелисков; казалось бы – откуда здесь такое? Хаос (или назвавшееся таковым) выглядел куда упорядоченнее любого города там, на поверхности.

Над головами пылали тёмно-лиловые тучи; ало-фиолетовые солнца застыли в разных точках небесной дуги. Внизу, в глубоких ущельях улиц, ощущалось всё то же вечное движение, неустанное, размеренное; там торопились бесчисленные сонмы существ, занятых чем-то непонятным.