Вампир не ответил, только алое свечение глаз немного угасло, что значило, – он мысленно говорил со своим господином. Наконец ответ был получен:

– Неприемлемо! – отмахнулся Форбаг чванно. – Было нанесено оскорбление чести высокородных владык ночного мира! Попытка сгладить сие презренным металлом лишь усугубляет вашу вину, смертные!

– Две цены за каждого пищевого раба? – предположил колдун.

– Три, – рот вампира стал шире, – но я сомневаюсь, что ты сможешь…

Посох Архестора приподнялся и ударил оземь, – в клубах дыма появился большой окованный железом сундук.

– Соблаговолите проверить, о благородный, золото настоящее, – не иллюзия. Я всегда ношу с собой небольшой запас, именно для таких случаев, – прошептал Эгидиус едва слышно. – Смею уповать, что милостивый владыка Керенс позволит нам продолжить путешествие?

Один из рыцарей покинул седло, затем поднял крышку сундука и погрузил пальцы в золотые монеты. Будоражащий звон некоторое время разносился по окрестностям.

– Оно настоящее.

Закрыв сундук, вампир легко поднял его на плечо, а затем также легко вернулся в седло. Тяжесть, способная раздавить взрослого человека и сломать хребет лошади, ничуть не помешала ему.

– Что ж, – протянул Форбаг, – сегодня удача была на вашей стороне. Можете убираться прямо сейчас, или дождаться утра, как угодно. Никто не станет чинить вам преград в землях владыки Керенса, покуда вы не трогаете его стада.

– Мы усвоили урок, – вновь поклонился Эгидиус.

– Тем лучше для вас, – улыбнулся вампир. – Что ж, эта ночь оказалась несколько разочаровывающей, мы были готовы вершить казнь, а не торг. Но такова воля владыки. Если не секрет, то куда вы так спешите, смертные?

– Увы, благороднейший Форбаг, это секрет прекраснейшей госпожи, которую мне выпала честь сопровождать. Но уверяю, скоро мы покинем пределы Марок…

– Прекраснейшей госпожи? – Горящие кровавой жаждой глаза обратились на Зиру, которая напряглась, чтобы не выдать страх. – Этого… существа? Это женщина?! – Вампир захохотал. – Что ж, если ты так говоришь! Хотя я видывал упырей менее уродливых, чем это существо!

Остальные подхватили настрой предводителя и ночь наполнилась удалым гоготом, который вдруг очень резко оборвался, – это Эгидиус Малодушный ударил по рыцарю Чёрным Шипом, расколол шлем и снёс полголовы. Уцелевший глаз Форбага мигнул несколько раз, но не потух; череп и шлем немедленно восстановили целостность

– Мне плевать, что на тебя нашло, колдун, однако, я рад, что сегодня прольётся кровь.

Сундук с золотом упал на землю и семь мечей покинули ножны. Зиру, подхваченная мыслесилой колдуна, очутилась в пещере и вход перекрыла чёрная стена. Ужасная женщина бросилась на преграду с обнажёнными когтями, но даже руническая сталь гномов не смогла оставить на ней след.