Стел с грустью покачала головой.

– Сколько тебе лет.

– Немного.

– Типа меньше десяти?

Жак пожал плечами.

– Меньше пяти?

Жак посмотрел на свои руки.

– Я болел лихорадкой.

– Ладно, но почему… – Стел осеклась. Вдруг вытаращила глаза и возбужденно хлопнула ладонью по земле. – Стой! Ты что, из города?

Жак вздрогнул, но лгать он не любил.

– Ага.

– Ты из Гнезда? Правда? Правда вырос в городе?

– Ага.

– Ух ты, – сказала Стел. – Ух ты. Мы слышали, что они изгоняли людей под конец, но я думала, что только стариков и младенцев.

Жак вцепился в доску так, что у него побелели костяшки пальцев. Он старался говорить невозмутимо, но на самом деле ему хотелось кричать ей в лицо.

– Лихорадка была сильная.

– Значит тебя послали на смерть? Зачем? Чтобы сберечь еду?

– Ее не хватало, – сказал он натянутым голосом.

– Ого. Ничего себе.

Жак швырнул доску с большей силой, чем намеревался. Это наконец привлекло внимание Стел, и она виновато посмотрела на него.