— И похоже, мне придется повторить.

Семеро оставшихся котоящеров развернулись кругом.

«Вуффал Каралин Ганагс! Мерзкий Старший! Оставь меня!»

Седоволосый мужчина с аккуратно подстриженной бородой, седыми усами и бровями медленно снял лисью шапку.

— Я тебя предупреждал, ведьма. Взгляни, что ты натворила. Почти все мертвы.

«Это не я! Это все те тартеналы!»

— Врешь! — взревел Крошка Певун. — Мы лишь защищались!

Вуффин пристально посмотрел на них.

— Убирайтесь, — велел он. — Я уже прикончил троих ваших братцев, и, если потребуется, разделаюсь и с остальными тоже. Это все ностальгия, — добавил он и, словно извиняясь, пожал плечами. — Ностальгия плохо на меня действует. Очень плохо.

Крошка, злобно ворча, огляделся вокруг.

— Крошка не хочет быть убитым, — сказал он. — Идемте отсюда.

— А как же Услада? — спросил Мошка.

Крошка ткнул пальцем в Фелувил:

— Пришли ее за нами в крепость.

Губы всех ртов Фелувил изогнулись в усмешке.

— Радуйся, что она не девственница, — хором произнесли рты. — Хурл нужна жертва.

— Больше никаких жертв, — заявил Вуффин, опираясь на посох. — Виной всему мои таланты каменотеса, так что мне все и исправлять.

— Тогда убей этого Клыкозуба! — крикнула Фелувил.

— Нет нужды, — ответил Вуффин. — Он уже мертв.

— Тогда убей того, кто его убил! Хватит с меня чародеев! Я не стану больше служить ведьме или колдуну!