Некоторые слушатели кивали. Большинство непонимающе смотрели на Сали.

Та продолжала:

— Я хочу отвезти Малиндэ не просто в Травяное море, а в Незру. Возрожденную Незру. Для этого я должна воскресить дух нашего любимого города, а значит, мне придется забрать с собой всех вас. Это будет нелегко. Многие погибнут. Готовы ли вы сражаться ради того, чтобы отстроить Незру заново? Что скажете, названые братья и сестры? Вы пойдете со мной?

Сали ожидала большего воодушевления, но ответом ей вновь были молчание и смущенное ерзанье. Никто не кричал, не хлопал в ладоши, даже не улыбался. Но, по крайней мере, люди перестали смотреть на нее, как на конокрада.

— Как же ты нас уведешь? — спросил какой-то старик.

— Хороший вопрос…

Сали жалела, что не подготовилась как следует. Она вообще не хотела сюда идти!

— Первое, что нужно сделать, — всех освободить. Одновременно здесь и в Катуанском квартале.

Какая-то женщина сказала:

— Мы можем приходить и уходить когда вздумается. Нас даже выпускают за ворота, если надо.

— Каждый день много людей работает на полях! — крикнул кто-то.

— А я не далее чем сегодня утром навещал своего двоюродного брата в Шитане, — добавил третий голос.

Мали подошла к сестре и негромко произнесла:

— Слуги не рабы. Мы можем перемещаться по большинству городских кварталов без всяких ограничений.

Сали растерялась.

— Тогда что же держит вас здесь? Почему вы не уйдете и не вернетесь в Травяное море?

— Потому что, — ответил до тех пор молчавший, но очень знакомый голос в глубине толпы, — если слуга отсутствует дольше одного дня, по пятам за ним пойдут княжеские солдаты. За беглых слуг положена большая награда, а виновных сурово наказывают. Ты бы это знала, будь ты одной из нас.

Только этого не хватало.

— Ариун!

Бывший начальник обороны вышел из толпы и откинул капюшон. Его одежду покрывали грязь и сажа, на щеке виднелось темно-красное пятно. Вероятно, на территорию поместья он прибыл так же, как Сали. В остальном Ариун казался таким же сытым и преуспевающим, как при последней встрече. Он не сводил с Сали внимательного пронизывающего взгляда.