Вскоре в больнице послышались голоса, а затем — странный звук, похожий на стук копыт. Куи пронзительным голосом потребовала зажечь свет. Михе вышла, чтобы встретить нового пациента… и тут раздалось мычание.

— Это моя ученица Михе, — сказала доктор Куи. — Почему здесь так грязно, дитя мое?

— Приношу свои глубочайшие извинения, мастер, — ответила Михе. — Я не успела прибраться.

— Надо успевать! — резко сказала Куи. — В лечебном заведении должно быть чисто.

— Да, мастер.

— Отодвинь стол и приготовь его для больной, — велела Куи и продолжала, гораздо ласковее: — Так, так, милая, подойди поближе, не бойся.

Вновь послышалось мычание.

Тайши, еще полусонная, моргнула.

— Она лечит коров?

— Только когда в делах застой, — объяснил Цзянь.

Почему-то он подумал, что Тайши нужно это знать.

Большую часть дня они провели в укрытии. В соседней комнате слышались мычание и сопение. Один раз корова ударила копытом в стенку; Михе велели убрать навоз. Наконец голоса на той стороне стихли. Первой вышла корова, а следом трое мужчин. Куи отдала Михе последние распоряжения и захлопнула дверь с такой силой, что задрожали стены.

Дверь спальни распахнулась, и в комнату заглянула измученная Михе. Передник у нее был запачкан кровью.

— Выходите, — устало сказала она.

Друзья окинули взглядом помещение у девушки за спиной: оно было похоже на бойню. У Синьдэ отвисла челюсть, а глаза стали круглыми, как блюдца.

— Что случилось…

Михе вскинула руку.

— Не надо!

— Конечно. Конечно. Кстати, как прошла встреча?

Михе щелкнула пальцами.