Рядом с ним бледнеет Маргарет. У нее стучат зубы, хоть по комнате распространяется тепло от камина. Ему следовало бы окаменеть от унижения, и он каменеет. Но острую боль смущения уносит ледяной поток его гнева, чернотой превосходящего океан.

«Где, черт возьми, вы пропадали? – хочется выкрикнуть ему. – Почему вас не было здесь, с ней, когда вы были ей нужны?»

Наконец к Ивлин возвращается голос:

– Вон отсюда. Сейчас же.

Она гонит его, как приблудного пса, но он глотает обиду. Ради Маргарет и ради себя самого он должен сохранить самообладание. Уэс проводит ладонью по волосам, но не надеется устранить беспорядок, в который Маргарет привела их.

– Магистр Уэлти, пожалуйста, позвольте мне объясниться. Я Уэстон Уинтерс, и я…

– Мне плевать, будь ты хоть чертов президент. Я хочу, чтобы ты покинул мой дом. – Ивлин пинком закрывает за собой дверь. Бедокур лает, мнется в углу комнаты, тревожно виляя хвостом.

Маргарет приходит в себя настолько, чтобы шикнуть на него, но, когда встает на ноги, ее голос звучит робко и слабо.

– Он поступает в ученики. Не сумел пристроиться в городе, так что жил пока здесь.

– Жил пока здесь, – эхом повторяет Ивлин. Отчужденность в ее голосе пугает его сильнее, чем другие возможные варианты. Потом она смеется, и этот невеселый отрывистый смех леденит ему кровь. – Ты пустила в дом чужого человека в мое отсутствие? Насколько же ты наивна!

Маргарет съеживается от презрения в материнском голосе. Делается меньше и меньше, исчезает прямо у него на глазах. В ней нет и следа ее обычного огня, нет и в помине дерзости девушки, которую он целовал, или свирепости девушки, которая целилась в него из ружья.

– А что до тебя… хватит, Бедокур!

Бедокур снова начинает рычать, но от окрика послушно укладывается у камина, не сводя глаз с Ивлин. Потирая виски, она испускает раздраженный вздох.

– А что до тебя, то никаких учеников я не беру, о чем моя дочь уже должна была тебе сообщить. И жду, когда ты найдешь дорогу за дверь. Тебе не кажется, что ты и без того уже злоупотребил ее гостеприимством? – Ивлин хватает чемоданы и направляется к лестнице. – Маргарет, иди сюда. Нам надо поговорить.

Когда Маргарет отзывается, ее едва слышно:

– Нет.

Ивлин смотрит на дочь так, словно впервые видит ее.

– Нет?