Мой кузен. Моя любовь – о Фредерик, есть ли другое слово, которым мы можем называть наши чувства? Что за избитое слово – любовь; его лишили смысла.

Любовь моя. Я должна с тобой поделиться. Это станет моим прощальным подарком. Есть одна история, связанная с этой прекрасной ногой.

Бывает, я ощущаю свою недостающую ногу в руке – это происходит почти всякий раз, когда я тебе пишу. «Фантомная конечность», так это называется. Я знаю, что некоторые ампутанты испытывают боль на месте несуществующей конечности; другие просто ощущают фантомную руку или ногу. Многим детям, которых я приютила за эти годы, это хорошо знакомо. (Да-да, детям. Моим подопечным. Не делай вид, что удивлен, кузен. Неужто ты думал, что в комнате номер восемь мы предаемся плотским утехам? Нет, там происходит нечто куда более оригинальное.)

Это ощущение… его трудно описать. Похоже на чесотку, но гораздо слабее; ощущается в той части ноги, что ближе всего находится к месту ампутации. Я читала, что некоторые ученые полагают, будто тело хранит воспоминания, некогда обитавшие в этих отнятых участках, и даже после потери конечностей воспоминания иногда дают о себе знать. Один мой знакомый врач, Сайлас Уир Митчелл, выдвинул теорию, что причиной этих ощущений может быть активация периферической нервной системы. А как же те, кто уже родился без рук и ног, спросила я его однажды после интенсивного сеанса в Веревочной комнате. Ведь таким пациентам тоже знакомо ощущение фантомных конечностей. Он признал, что эти случаи остаются загадкой.