— Я — всадник, как и твой Цезарь, — спокойно ответил я. — Вот, вернулся в Ценабум, а тут полно вооруженных иноземцев, которых сюда никто не звал. Так что объяснять, зачем и почему вы здесь, придется тебе.

— Ты от меня требуешь объяснений? — Планк выглядел озадаченным. Он не понимал пока, что происходит, и уж во всяком случае не ожидал такого поворота.

— Да. Мы никогда не приходили с войной на вашу землю, так почему же вы пришли в нашу?

— Нам поручили сохранять мир, — сухо ответил он.

— До вашего прихода здесь был мир. А теперь, когда пять тысяч воинов топчутся по полям и лугам и превращают их в бесполезную грязь, мир разрушен. Люди возмущены вашим вторжением, и даже в ту минуту, когда мы говорим, они точат оружие. Прольется кровь, и повинен в том будешь ты.

— Ты что, угрожаешь мне восстанием?

— Видишь ли, восстание всегда направлено против законной власти, — я по-прежнему говорил спокойно и рассудительно, как и должен говорить член Ордена Мудрых. — А у нас нет причин для недовольства законной властью, которую представляет король Нанторус. Наоборот, люди любят его. Зато у нас есть все основания сопротивляться иноземным захватчикам, и мы вполне способны на это. Вы приносите с собой проблемы. Я прошу только о том, чтобы вы убрались с нашей земли вместе с проблемами. Ступай! Отведи свой легион в другое место и оставь нас в покое.

Планк посмотрел на Нанторуса.

— Я сначала думал, что старик способен на мудрые решения, а теперь вижу, что он выставил вместо себя дурака. Ошибаешься, Айнвар. Просто не понимаешь ситуации.

— Если кто и не понимает ее, так это ты, — все так же мягко возразил я ему.

Как опытный военачальник, Планк попытался перевести разговор на знакомую почву.

— Нам приказано выяснить имя убийцы вашего царя Тасгеция и схватить его. Это делается ради справедливости.

— И чей же это приказ?

— Мне приказал Гай Юлий Цезарь, получивший полномочия от граждан Рима.

— И с каких это пор граждане Рима распоряжаются в свободной Галлии? — с деланным недоумением спросил я. — Ты ведь сейчас не в Риме, верно, Планк? Ты сейчас на земле карнутов. Здесь на каждого твоего воина приходится шесть наших. — Я помолчал, давая ему возможность осмыслить сказанное. Помнится, римляне не верят в перерождение, они считают смерть последним и окончательным событием в жизни. Даже такой закаленный воин, как Луций Планк, должен бояться смерти. — Кто бы не послал вас сюда, — продолжал я раздумчивым тоном, — он послал вас на смерть. По приказу короля Нанторуса сюда немедленно явятся вожди со своими людьми. До сих пор тебя выслушивали здесь только потому, что мы — люди мирные, подчиняемся приказам нашего короля. Ради нескольких лишних монет тебе нажаловалась кучка недовольных торговцев, и ты поспешил сюда отстаивать их интересы. Но готов ли ты отдать жизнь ради их интересов? Может, они готовы умереть за тебя? И стоят ли их интересы жизни римского легиона?