Мериньяк замолчал, вновь сосредоточившись на зеленой женщине. Ее призрак покидал тело, – по крайней мере, так казалось. Зеленый фантом отделился от фигуры и, взмыв в воздух, завис над Мериньяком. На него смотрело столь же безгранично прекрасное лицо, как и у ее смертных останков, но не поврежденное сверлом. Ее все так же окутывали листья и грозди винограда, но теперь они походили на полупрозрачную зеленоватую вуаль, в которой то и дело возникали соблазнительные разрывы.

Она развела руки и взмыла выше, глядя на него с безмятежной нежностью. Сквозь ее очертания просвечивала структура потолка.

Из тела выскользнул еще один фантом, потом третий – столь же обворожительные. Они закружились над его головой. Гриер и Моллой, конечно, заметили блуждающий взгляд Мериньяка, но его это не волновало. Музыка теперь, казалось, исходила не из спрокера, а из движущихся призраков, отчего стала еще более чудесной.

Мериньяк услышал, как Гриер сказал:

– У парня крыша поехала.

– Мериньяк, – решительно заговорила Моллой, – отойди от спрокера. Нам нужно закончить работу.

Из ее огнемета вылетела короткая струя пламени. Это было последнее предупреждение.

Включив огнемет на полную мощность, Мериньяк направил его на Моллой. Голубое пламя вмиг объяло ее с головы до ног. Секунду казалось, будто Моллой и огонь стали симбионтами, не причиняющими вреда друг другу, но ничто не могло утолить ненасытную алчность пламени. Оно проникло в ее огнемет, добралось до бака с горючим, и Моллой упала на колени, превратившись в дико кричащий и размахивающий руками кошмар. Все это произошло за считаные мгновения, а затем Мериньяк поджег и Гриера. Гриер относился к нему получше, чем Моллой, но было ясно, что он обязательно среагирует на расправу со своей начальницей. И потому ничего не оставалось, как предать огню и его.

Как только Моллой и Гриера охватило пламя, Мериньяк погасил огнемет, чтобы не тратить горючее зря. Моллой лежала на полу бесформенной грудой, в которой уже почти невозможно было опознать человека. Гриера постигла точно такая же судьба, но с задержкой в несколько секунд.

Мериньяк уже спокойнее смотрел на них, убедившись, что огонь не распространится на спрокера. Пол под ними, как и остальные элементы здания, похоже, был огнеупорным, но Мериньяк для надежности прошел к волокушам и отсоединил провода и шланги, тянувшиеся к Моллой и Гриеру. Потом оттащил волокуши ко входу, чтобы случайная искра не коснулась оставшихся баков с горючим.

Моллой и Гриер превратились в кучки гари, по которым пробегали призрачные голубые огоньки. Интересно, подумал Мериньяк, как от них теперь пахнет? Пожалуй, лучше не снимать маску и очки.