– Слушай, любезная, – бесцеремонно влез Рик. – Хочешь помощи – говори толком! Сопли жевать потом будешь.

Нейд аккуратно, но чувствительно ткнул мальчишку локтем в бок, но женщина все равно не услышала грубости. Кажется, она вообще не замечала Жаворонка, да и неловко мнущегося у стены гвардейца – тоже. Она смотрела на Лиара, только на Лиара.

– Как вас зовут? – он присел на скамью и осторожно сжал ее подрагивающую ладонь. – Госпожа, прошу вас, не молчите.

Она вздрогнула и, видимо сама не понимая, что делает, вцепилась в его пальцы. Хватка у женщины оказалась неожиданно сильной, ладонь – мозолистой. Наверно, привыкла работать в поле…

– Дана из… – она снова всхлипнула и зажмурилась на несколько мгновений. – Из Киона. Это деревня неподалеку от развалин Холмов. Господин, мне нужно знать… вы действительно тот, кем назвались?

Принц глазами указал на свои пальцы, которые та все еще сжимала, вернее, на перстень с альвирской эмблемой – королевская печать, понятное дело, пока хранилась у регента, но и эта реликвия была вполне узнаваема. Во всяком случае, Дана поверила сразу.

Поверила и торопливо отдернула руку.

– У вас что-то случилось?

– Случилось?.. – горький смешок. – Прошу вас, ваше высочество, не делайте вид, будто не слышали о том, что происходит теперь близ Южного тракта!

Фениксовы перья, да кто о том не слышал? Обнаглевшие разбойничьи шайки набили оскомину даже регенту, а потому не так давно он удвоил число патрулей и организовал облавы.

– Да. Да, конечно. Но, насколько я знаю, ситуация на тракте отчасти выправилась, – пробормотал Нейд и осекся, посмотрев ей в лицо.

Проклятье! Несколько дней назад принц слушал доклад о том, как идут дела в районе Анвайского леса, и, бесы дери, они шли благополучно! Что ж такого случилось за несколько дней, если на лице Даны кровавой коркой запеклись такой страх и такое отчаяние?..

– На тракте – да, – глухо подтвердила женщина. – Потому что ворье оттуда по большей части разбежалось по окрестным лесам, никто им толком не препятствовал. Да, кого-то перебили, кто-то затаился после зачисток… Но другие только озлобились сильней, объединились и промышляют теперь в районе Холмов. Говорят, ими заправляет человек, который когда-то служил в гвардии Аритенов, жестокости ему не занимать.

Женщина теперь говорила совсем спокойно, смотрела в упор – так, что и сам глаза не отведешь, не спрячешься от чужого горя… Альвир зачем-то вцепился в рукоять кинжала – меч он без нужды с собой не таскал – и продолжил расспросы. Собственный голос тоже стал сухим и сдержанным: жалеть, возмущаться, ненавидеть – все потом. Успеется.