Мы остановились у входа. Я услышала дыхание Рука, ощутила жар его тела. И подняла принесенный с собой кувшин.

– Выпьешь?

Он отрицательно мотнул головой, вглядываясь в дождевую пелену.

Я обняла его за плечи, привлекла к себе.

– Может, стоит хоть раз кому-то довериться?

Рук окаменел в моих объятиях.

– Они убили Дем Луна.

– Этот парень и так не выбрался бы из дельты. – Я понимала, что говорю не то, но заблудилась в дыму курений.

– Он не должен был умереть в пасти грязной твари.

– И не должен был с воплем кидаться в воду, предлагая себя на корм крокодилам. – Я опять поболтала кувшином у него перед носом. – Попробуй.

Он хотел вырваться, но я этого ожидала и прижала его крепче.

– Пусти! – проворчал он.

– Не пущу.

Я видела за дверью двух танцующих под нежными уколами дождевых струй вуо-тонов. Когда ливень ненадолго поредел, мне открылась кружащая в толпе Эла.

«Любовь не переживают в одиночку, – напомнила я себе. – Она не у тебя в голове. Она в пространстве между вами».

Я развернула Рука к себе лицом.

– Послушай, ты хочешь услышать, что мне жаль Дем Луна? – Я покачала головой. – Не жаль.

– Потому что ты «видела богиню»? – тихо сказал он. – Потому что вдруг постигла истину? Потому что поверила в необходимость жертвовать Дарованной стране?

Я ступней подсекла ему лодыжку, повалила на камыши, приникла лицом к самому лицу.

– Я была жертвой дельте. Я три дня ждала смерти, пока на меня не наткнулись ошарашенные домбангские рыбаки.