Я опустила подол импровизированной туники на колени, медленно повернулась к вампирше:

– Мужчина и женщина, воспитавшие меня, оба занимались алхимией, мадам. В последнее время воспоминания раннего детства постоянно приходят ко мне в ночных кошмарах. Они в точности соответствуют вашим описаниям. Вы правы, в младенчестве я не полностью отражалась в зеркале. Я даже помню слова родителей «эксперимент провалился», которые они произнесли над моей колыбелью.

Я сглотнула, стараясь избавиться от горького привкуса страшной фразы, и продолжила распутывать нить своего прошлого, чуть повысив голос:

– Вы говорите, что я понимаю язык упырей благодаря темным силам во мне. Может, они и послужили причиной моих многочисленных вещих снов прошлой зимой в Париже. Каждый раз они предупреждали меня об очередной смертельной ловушке на моем пути.

– Ты – плод операции, которая попыталась исказить само время, – заметила вампирша. – Возможно, твое сознание хранит ее последствия и даже то, что можно сравнить с даром предчувствия…

– Дар, который я изгнала, и возможно навсегда, переборщив с настойкой. Парализованная бременем надежды, возложенным на мои плечи, я искала успокоение.

Зашари пожал мою руку, удерживая меня от дальнейших откровений. Новобранец Фронды, он боялся, что я выдам себя, а заодно и общее дело.

– Оставь, Зашари, – успокоила я его. – Эта дама из одного с нами лагеря. Сопротивления Тьме. Все, что она рассказала, свидетельствует об этом. Но возникает вопрос: почему?

Я уставилась на лицо, закрытое вуалью.

– Мадам, настал мой черед задать ваш вопрос вам: кто вы?

– Я тебе повторю: я – буква, – уклончиво ответила вампирша.

– Мне нужно больше. М. – первая буква, за ней должны стоять другие.

– Имя, стоящее за начальной буквой, принадлежит к давно минувшим дням. У него больше нет значения, ибо я покинула людской мир.

– Тем не менее вы оставили там свой след, другое имя, которое начинается с буквы Ф… Фебюс.

Облако черных одежд предо мной вздрогнуло. На мгновение показалось, что длинная тога черных кружев укрывала пустоту и что сейчас покров спадет. Но мадам М. держалась стойко.

– От… откуда ты знаешь Фебюса? – тихо прошептала она.

– Я встретила его.

– Это невозможно! Он умер девятнадцать лет назад!

– Он очень даже жив, уверяю вас. Только, выражаясь вашими же словами, разрывается между двух миров. Его многострадальная ледяная аура способна поднимать бури, невзирая на время года, наподобие той, что пронеслась над Клыком Смерти в прошлом месяце.

Мадам М. вцепилась в ближайший столик, удерживая равновесие. Стоящая на нем пробирка покачнулась и упала на пол, разбившись вдребезги. Ранее дама призналась в том, что тоже почувствовала ту майскую бурю. Но в затворническую жизнь вампирши не доходили слухи о капитане пиратов, годами терроризирующем побережье Атлантики.