– Зачем тебе все это?

Он ждал ответа. Агата прокрутила в голове тысячу вариантов лжи, но остановилась на правде:

– Я пыталась вызвать демона, чтобы с его помощью вызволить всех, кого ты хочешь спасти.

Она уткнулась головой в его грудь, чтобы не смотреть в лицо. Рудольф долго молчал. Свечи плавились и стекали мутными слезами на деревянный пол.

– У тебя были благие намерения. – От этих слов по ее телу побежали мурашки. – Но ты выбрала отвратительное средство. Ты раньше уже делала это?

Агата помотала головой. Раз уж на то пошло, она действительно прежде никогда не вызывала Мефистофеля в Эльвангене.

– Кто тебя этому научил?

Она вздохнула и отодвинулась. Хотела заплакать, но не вышло. Рудольф выглядел, скорее, напуганным, чем рассерженным. Между его бровями снова пролегла глубокая морщина.

Ответ на этот вопрос у Агаты был, но он не предназначался для ушей Рудольфа. Ее учили демон Ауэрхан и его господин Кристоф Вагнер, учил покойный доктор Иоганн Фауст, лучший из когда-либо живших людей – по словам Вагнера, конечно, но горе тому, кто стал бы с этим спорить! Разумеется, Фауст не являлся к ней сам, но говорил с ней через свои записи и дневники. Однако выложи она все это – и у нее не станет мужа.

Рудольф все понял. Он отошел и опустился в кресло у окна. Лицо его скрылось в тени.

– Это какая-то злая насмешка, – произнес он. – Моя первая жена никогда не пропускала мессу, а самым большим ее грехом была любовь к цветным лентам и танцам. Но ее сожгли как ведьму. Зато моя вторая жена, как выяснилось, и вправду умеет колдовать. Остается только радоваться, что хоть тебя не сожгли! Я мог бы спросить, насылала ли ты чуму на город, уничтожала ли посевы градом и целовала ли Сатану в волосатый зад, но я знаю, что ты этого не делала. Осталось только узнать, за какую цену ты продала свою душу.

– Это простой вопрос, – тихо ответил Агата. – На этот счет можешь не волноваться: моя душа при мне.

Ответ его заметно приободрил. Рудольф оживился. Знал бы он, как дешево нынче стоят человеческие души…

Он наклонился вперед, уперев локти в колени:

– Тогда вот вопрос посложнее. Ты понимаешь, что случится, если об этом прознает Киблер? Никакие демоны не спасут тебя от этого ублюдка.

«Могут спасти, – подумала Агата, – но не захотят».

– Я хочу заключить с тобой договор. – Рудольф говорил очень серьезно, и хотя Агата не могла видеть его глаз, но точно знала, что он смотрит на нее. – Хочу взять с тебя слово, что ты никогда больше не будешь колдовать. Что бы ни случилось, какие бы соблазны тебя ни одолевали, поклянись этого не делать. Это важно для меня, Агата.