– Я с сожалением должен сообщить вам, верующие, – сказал молодой человек, сцепив руки. – Наш жрец сейчас болен. Мы попытались распространить весть об этом; если вы пришли за благословением, мне жаль, что вы проделали такой путь. Возможно, вы могли бы прийти в другой день. Конечно, мы приглашаем вас помолиться и оставить подношение богу.

– Болен? – спросила Сессадон. – В каком смысле?

– Болен, – повторил он, его приятное лицо превратилось в маску.

– Отведите меня к жрецу, пожалуйста, – сказала Сессадон.

– Я не думаю, что смогу это сделать.

Значит, придется воспользоваться магией, но тонкой магии должно быть достаточно.

– Я уверена, что ты сможешь, – подтолкнула Сессадон. Она ощутила толчок в груди, будто бы кварцевое сердце забилось. – Мы со жрецом старые друзья.

Молодой человек расслабился.

– Да, конечно. Вы правы. Он будет рад видеть вас.

Сессадон чувствовала на себе взгляд Эминель. Неужели она ощутила магию? Позже у нее будет время все объяснить. Сначала она займется делом.

Солнечный свет не проникал в комнату глубоко во внутренних закоулках храма, где лежал жрец, и лампа возле его головы давала скудный свет. Сессадон подошла поближе, чтобы получше его рассмотреть, сделав Эминель знак не приближаться.

Поначалу жрец не выглядел умирающим – его кожа была золотистой и блестящей, а цвет ее – здоровым, что заставило Сессадон скептически хмыкнуть. Она оглянулась на юношу, готовясь войти в его разум. Возможно, он лжет, не зная, кто она такая. Выяснить правду было бы просто.

Но тут жрец втянул в легкие воздух, и ужасный звук, в чем-то похожий одновременно и на шипение, и на скрежет, сообщил о случившемся.

Сессадон подошла к нему и опустилась на колени.

– Достопочтенный. Мне очень жаль слышать, что вы недомогаете.

Жрец смотрел на нее, его взгляд был глубоким и неподвижным. Он не ответил – но, конечно, заставить себя дышать через горло, чтобы произнести слова, было невозможно.

Сессадон повернулась к молодому человеку.

– И давно он в таком состоянии?

– Несколько недель, – ответил он.

– Он что-то ел, пил что-то, что привело к такому состоянию? – спросила Эминель.