– Ну я тоже не больно чревом богат, – улыбнулся отец Меркурий.

– Э, отче, ты дело другое, – маска весельчака и балагура с лица Арсения никуда не делась, а вот взгляд стал льдистым и цепким, как у выбирающего цель лучника. – Ты солидность не чревом… Отец Михаил, Царство ему Небесное, вот тоже, – ратник перекрестился, и отец Меркурий последовал его примеру. – Только иначе, чем ты…

– А со мной вообще не понятно, – отец Меркурий поймал взгляд Арсения. – Откуда и зачем взялся такой монах, у которого воинская мозоль[102] до смерти не сойдёт, верно?

– Не любишь ты, отче, вокруг да около ходить, – прищурился ратник.

– Не люблю, – согласился отставной хилиарх.

– А тогда скажи, отче, откуда ты и зачем? Как-то греческих воевод у нас раньше в отцах духовных не водилось.

– Верно всё понимаешь, акрит!

– Это кем ты меня сейчас, отче, похвалил-то? – взгляд Арсения стал ещё более цепким.

– Акритом назвал. Разведчиком то есть, – отставной хилиарх не отвёл глаза. – Ведь мы же ещё в дороге поняли, кто есть кто. Ваш десяток обо мне, а я о вас.

Арсений еле заметно кивнул и снова занялся игрой в гляделки.

– Тогда слушай, акрит Арсений. – Священник давил взглядом не хуже ратника. – Воина прислали к воинам. Первый раз за историю вашей сотни, я полагаю. Думаю, вы и сами догадались, что стали очень нужны. Подтвержу ваши догадки – стали. И очень многим. Живыми и способными воевать. По крайней мере, пока.

– Выходит, прав боярич Михайла, – хмыкнул ратник. – Щенок совсем, а умнее всех оказался. Это не он куда не надо полез, а его за жопу взяли и в дерьмо кинули – плыви, мол. Вот он и выплывал, как мог – по-щенячьи, но выгреб ведь. Пока. И не сегодня то купание задумали – тебя-то, отче, надо думать, сильно заранее выписали.

– Ну вот ты и ответил сам на свой вопрос, акрит, – невесело усмехнулся отставной хилиарх. – Почти. Тебе ещё знать надо, какой тут мой интерес. Что ж, отвечу – я тоже многим нужен. И даже живым. Но только до тех пор, пока вы живы и воевать способны. Вы все. Боярич Михаил и его отроки вошли. А дальше, прости, сын мой, уже не с тобой. Пусть твой начальник всё хорошенько обдумает, заодно и от ран немного оправится. Теперь он знает, какие вопросы мне задавать.

– Понял, отче, – Арсений коротко склонил голову.

– Так что там с нашими братьями во Христе, от язычников претерпевшими?

– А попадья у попа того на мужа ничем не похожа, – Арсений мгновенно натянул маску балагура, – кругленькая, крепенькая, будто репка. Ну и детишек с ними четверо. Еще причетчик – молодой, а на пугало похож. Парень с девкой ещё. У девки живот уж на нос лезет. Говорят, замуж её силком за язычника выдавали, ну так они с женихом до лесу и подались, а пузо молодухе уже в лесу соорудили.