– Фелипе.

Это имя он сказал, не успев обдумать вопрос как следует, но и подумав, не стал от него отказываться. По-доброму к нему относился и дон Алехандро, более чем, но Ксандер не мог бы поклясться, что в его отношении не было снисходительности или жалости, а Фелипе, несмотря на тот их первый разговор…

– Фелипе? – Вендель недобро усмехнулся. – А ты знаешь, что говорят люди о нём и об Анне, твоей кузине?

Ксандер внутренне подобрался.

– А что они говорят? – спросил он как мог небрежно. – Между прочим, это он настоял, чтобы она пошла в Академию с ним. И она с тех пор не сказала о нём ни одного худого слова. Может быть, и я здесь потому, что…

– Сомневаюсь, что ты здесь по той же причине, – всё таким же тоном ответил Вендель. – А люди говорят, что между ними было и что побольше, чем совместная учёба!

– Чушь, – отрезал Ксандер. – Они расстались друзьями. Ани вышла замуж, у неё дочка, и все. Теперь передают друг другу приветы через меня.

Перед его глазами как живой встал Фелипе – такой, каким он его видел каждый раз, как возвращался из дома, и как жадно молодой ибериец ждал всегда ответа на простой свой вопрос: «И как там Анита? Ты же передал ей?»

– Думай, как хочешь, – печально улыбнулась рядом Вита. – А люди будут думать, что хотят они.

– Я не думаю, я знаю, что на самом деле.

– Тебе виднее, – примирительно сказала Катлина, подуспокоившаяся, пока внимание было не на ней, и этим Ксандеру пришлось удовлетвориться. – Спасибо, ребята, мне полегче. Знаете, я бы пораньше сегодня пошла, всё-таки завтра бал…

– И гадание, – заметил Ксандер. – Вы ведь не расскажете, как оно?

Брат и сестра лукаво переглянулись – и явно сразу забыли про Фелипе с Анной, что было только к лучшему.

– Нет, – прикусила губу Вита. – Не портить же сюрприз!

***

– Франческа, смотри, какой снег! – раздался весёлый голос, и рыжая Фиона закружилась, ловко переступая на звонких каблуках, так, что подол её юбки поднял целый маленький вихрь. – Страшно?

Её спутница, статная красавица в розовом с уложенными короной тёмными косами, только усмехнулась.

– Нина, сколько раз тебе говорить – мой Милан, конечно, не Сибирь, но…

– Ха!

Неукротимая ирландка дожидаться продолжения не стала: зашвырнула в подругу снежок, слепленный, правда, наспех и потому развалившийся ещё в полёте, зато щедро осыпавший плечо дернувшейся от него Франчески. Авзонийка в долгу не осталась, только снежок у неё вышел аккуратнее и полетел дальше – мимо увернувшейся Фионы и ровно в спину о чём-то увлечённо рассуждавшему высокому парню, бывшему – судя по украшавшей форменный плащ вышивке с вихрями и облаками – старшекурсником.