– Вот теперь, – объявил Адриано, когда музыка внизу смолкла, – мой долг выполнен, ты танцевал на балу, друг!

Ксандер шагнул в сторону и чуть не шлепнулся оземь. Одиль с Адриано его постарались подхватить, и в целом им даже удалось удержаться на ногах, хотя и не без некоторой акробатики.

– Нет уж, в следующий раз на полу получше, – заявил фламандец, добравшись с облегчением до их сиденья.

– Следующий раз у нас будет в выпускной, – уточнила Одиль. – Я оставлю тебе танец.

– Идёт, – кивнул он.

***

Несмотря на поздний час, когда они вернулись в Башню Воды, в их гостиной ещё вовсю горели свечи, и к тому же играла гитара. Он прислушался: так и есть, судя по голосам, Исабель наслаждалась жизнью и галантностями Мигеля, а то и всех остальных иберийцев тоже. Но после выкрутасов на крыше настроение у него так и осталось на высоте, и он спокойно открыл дверь.

Исабель подняла голову и улыбнулась. По этой широкой улыбке он понял, что дело плохо.

– Вот и ты, принц. А что так рано?

– Скорее это к вам вопрос, – усмехнулся рядом Адриано, проходя к чайнику. – Мигель, Хуан, что ж вы дам с бала так быстро увели?

– Притом почему-то не всех, – добавила Одиль; она преспокойно уселась рядом с Исабелью. Ксандер быстро оглядел гостиную: и в самом деле, ни Алехандры, ни Катлины, ни Леонор видно не было. Впрочем, это ничего не значило: в такую ночь они могли уже отправиться спать.

– Я просто удивлена, – сказала Исабель, и притом громко, по сравнению с мягким голосом венецианки, – что ты не задержался. Или на сегодня ваш клуб разогнали?

Он замер.

– Да, Летисия Тофана мне рассказала про эту милую традицию, – продолжила иберийка. Кто-то хихикнул – похоже, Хуан. – Вообразите, господа, это такой кружок по взаимному нытью о том, какие мы плохие.

– Белла, – тихо сказала Одиль и даже положила руку на руку иберийки, но та её стряхнула.

– А что, это смешно, по-моему, – продолжила Исабель тем же тоном. – Разве нет? Можно всласть порыдать или посоставлять планы мести. И утешить друг друга любым приемлемым способом.

– Ничего смешного не вижу, – отрезал Адриано. – И вообще, сегодня хорошо бы не засиживаться. Пошли, Сандер?

– Я не договорила.

– Моя донья, стоит ли? – Мигель поднес её руку к губам, и хотя рука эта лежала в его пальцах несколько безвольно, отнимать её Исабель не стала. – Это же от бессилия.

Ксандер скрипнул зубами. Вот уж без чьего заступничества – и этой вот жалости в глазах – он бы точно обошелся!