Ехали они спокойно – если не считать упоенно носившегося Адриано: воздух был тихим, тёплым и ароматным, дышащим цветами и морем. Белла крутила педали своего велосипеда, уже совершенно с ним освоившись, и с удовольствием подставляла лицо ветерку. Что бы кто ни говорил, день, в её понимании, вполне удался.

– Эй! – крикнул Адриано, а потом лихо подрулил к приостановившемуся Ксандеру, у которого затормозила и Белла, и Одиль. – Слушайте! А может, к морю? Я ещё не голодный, если честно.

– Ну уж нет, – вырвалось у Беллы вперед мысли, и она даже поёжилась. – С меня хватит. И потом, – она глянула на небо, – дождь вот-вот начнётся!

Брат и сестра переглянулись, и Одиль легко дёрнула плечом – её эта перспектива, похоже, не сильно пугала. Лицо Ксандера оставалось непроницаемым. Наверняка он хотел к морю, подумалось Белле. Но обойдется.

– Вообще не думаю, что мы заблудимся, – заметил Адриано. – Я тот маяк неподалёку от вашего дома видел, так что как-нибудь вырулим.

Ксандер прищурился, глядя вдаль и словно что-то подсчитывая, а потом кивнул.

– Сейчас отлив, – сказал он. – И до сумерек далеко. Да, не заблудитесь.

– А если русалки? – азартно поинтересовался Адриано. – Что делать?

Ксандер хмыкнул.

– Не целуйся с ними.

Адриано расхохотался и умчался прочь, Одиль светлой тенью за ним.

***

Предчувствие Беллу не обмануло: небо продолжило темнеть, но пока больше не упало ни капли. Ксандер ехал молча и довольно быстро, и она, упрямо стараясь не отстать, почти не глядела по сторонам, а только на его спину.

Поэтому успела затормозить даже с некоторым изяществом, когда Ксандер вдруг остановился.

Дом ван Страатенов – точнее, поместье, учитывая всякие пристройки и флигели – уже был совсем близко, но не настолько, чтобы Ксандер решил спешиться – тем более что он хоть и слез с велосипеда, но идти вперед не спешил. Озадаченная, она последовала его примеру, обходя его, чтобы наконец разглядеть, что там такое он увидел на дороге.

В сгущающейся грозовой тьме по дороге к ним шел человек, высокий и худощавый. Он шагал широко, размеренно и спокойно, никуда не торопясь, но и не медля. Белле не нужно было видеть больше, чтобы легко себе представить: чёрные волосы его затянуты в аккуратный низкий хвост, лицо – абсолютно непроницаемо, а холодные глаза смотрят на неё, и только на неё.

Она заставила себя двигаться – вперёд, навстречу ему. Сделать первый шаг было так тяжело, как будто кто-то успел приморозить её к месту, и, чтобы идти, нужно преодолеть большую силу враждебной магии.

Шаг. Ещё. Чем дальше, тем легче идти – и тем холоднее ей было внутри, пока, наконец, они не замерли друг напротив друга. Она могла вообразить, как это выглядело со стороны: два иберийца на дороге, недалеко от изгороди пасторального фламандского дома. Там – розовые кусты, яблони, куры и тёплый свет в окнах. Здесь – два обожжённых пса одной породы.