Анна вздохнула, глядя ему вслед, рядом с Беллой так же тихо выдохнул Ксандер, и она поняла, что и сама затаила дыхание.

Дождь полегчал, слегка посветлело небо, стало немного видно дорогу и вдали – силуэты поместья. Только Фелипе так и остался стоять, как завороженный, и на губах его появилась лёгкая улыбка.

– Mam! Ik bracht een paraplu! – донеслось тут до слуха Беллы, и Анна быстро повернулась.

По лужам от дома к ним шлепала Филиппа, размахивая детским ярким зонтиком и таща ещё два взрослых в руках. За ней быстро шел мужчина – высокий, как все фламандцы, широкоплечий, со светлыми даже под дождем волосами.

– И дяде с Беллой тоже! – перешла она на испанский и вдруг увидела незнакомого мужчину и округлила глаза. – Ой…

– Пепе! Возвращайся домой! – воскликнула Анна; она вздрогнула, когда дочка подбежала к ней, и дёрнулась, словно пытаясь её остановить.

Фелипе перевёл взгляд на белокурую девочку, мимолётно улыбнулся, когда она пробежала мимо – и тут же снова стал смотреть на Анну, словно она и вправду была миражом и могла исчезнуть, если отвести взгляд. Правда, тут он решил, что даже с миражом стоит поздороваться, и поклонился и ей.

Мужчину он заметил только после, и тот, вполне понятно, нахмурился.

– Ну почему, мама? – Филиппа, уже доскакавшая до Беллы, обиженно обернулась к матери, потом ковырнула носком резинового сапожка лужу и обошла по кругу Фелипе. – Белла, это твой жених?

Фелипе оторвался от созерцания Анны, чтобы снова посмотреть на девчушку, потом неловко, привычно опираясь на трость, присел на корточки, чтобы быть с малышкой на одном уровне.

– Спасибо за зонт, добрая сеньорита. У Беллы велосипед, и она не может его взять. Зато я могу. Вы позволите? И разрешите представиться: я кузен сеньориты Исабель, Фелипе Хосе Альварес де Толедо. Но я буду счастлив, если вы решите звать меня Пепе.

Он положил зонт себе на колени и протянул девочке руку ладонью вверх, дружелюбно улыбаясь. Она же некоторое время рассматривала его с открытым любопытством, на которое способны только дети.

– Ты не похож на злого Альбу, – наконец заявила она. – А Пепе – это ведь мое имя!

– Значит, мне повезло быть вашим тёзкой, сеньорита.

– Отойди от моей дочери! – вдруг взвился мужчина, оставшийся Белле пока неизвестным, и рванулся к ним – но его перехватил Ксандер; Фелипе же выпрямился.

– Paul! Nee! Senor Philippe is geen probleem!

Что ж, столько-то и Белла по-фламандски разбирала.

– Пауль, пожалуйста, – Анна подошла к мужчине, откинув мокрую косу за плечо и заглянув ему в глаза, – имей уважение к моему сюзерену. – Она присела в книксен и улыбнулась. – Здравствуйте, сеньор Фелипе. Моя дочь вам уже представилась, а это – мой муж, Пауль ван Дейк. Как жаль, что вы не известили о своем приезде заранее.