– Садитесь. Я отвезу вас обратно.

– Благодарю, я сам о себе позабочусь.

– Господи! Да куда же вы? И двух недель ведь не прошло после такого ранения!

– Я здоров. Вашими молитвами, – не без сарказма добавил я.

Татьяна смутилась.

– Пожалуйста, поедем. Тебе еще рано …

– Я не хочу больше лежать в той комнате.

– Мы тебя просим вернуться. И папа́, и все.

Горячая волна накрыла меня, смывая остатки политеса.

– Почему ты не пришла ко мне? Почему никто не пришел?

Она вспыхнула и тут же нахмурилась.

– Вот, я здесь! Настя увидела в окно, как ты бредешь через сад. Плакала. Мы все плакали. Меня послали за тобой! И папа́ …

– Почему ты не пришла?! Я подыхал там, в Небе, с вами и потом месяц в пути и месяц здесь. И вот подох наконец!

Я кричал. Стражники напряглись и положили руки на эфесы мечей. Вокруг уже собирались зеваки, но близко не подходили, опасаясь охраны.

– Ты ничего не знаешь!

– Так объясни мне!

Татьяна вздохнула, собираясь с духом:

– Папа́ … Он решил, что тебе лучше идти своим путем, жить своей жизнью без нас.

Вон что. Они беспокоились о моей судьбе, а я взял и застрелился.

– Так решил папа́. Неизвестно, что будет с нами. Ты и так претерпел за нас. Дальше тебе не обязательно …