– Все просто, – повторил Герберт так, как будто ничего простого на самом деле не было.

– И нельзя сказать, что речь идет о чем-то неслыханном, – добавила Линь. – Некоторые люди по каким бы то ни было причинам хотят изменить свою жизнь. Если денег у них достаточно, они делают пластические операции и подправляют свою память, после чего начинают новую жизнь.

– Но те воспоминания, которые стирал Герман, – это же мои воспоминания, мое прошлое!

– Совершенно верно. А ты в последнее время не терялся в мыслях, Герберт? У тебя не случалось провалов в памяти? Друзья, оставшиеся дома, не спрашивали, почему ты подолгу пропадаешь?

Англичанин провел рукой по волосам. Теперь они были частично гладко зализаны, частично болтались обмякшими кудрями.

– Я тут еще кое о чем подумала.

– Дело подходит к тому, мисс Ву, что у меня, наверное, больше нет желания выслушивать новые откровения.

– А придется. Через секундочку. Но сначала: скажи, ты совершенствовался? В физическом смысле?

– Ну да, – подтвердил Герберт. – Разумеется. У меня есть импланты. Плечи, бедра, колени – что неудивительно для человека моего возраста.

– Китайские?

– Дорогая моя, какой смысл быть богатым, если ты не позволяешь себе все самое лучшее? Разумеется, китайские. И еще: перед тем как отправиться в Ханой, я также пропаял свою грудную клетку, а еще очистил нанопрепаратами внутренние органы, сбросив несколько лет со своего организма, чтобы быть крепким и здоровым, направляясь в зону боевых действий.

– Значит, ты сильный. Возможно, достаточно сильный, чтобы оторвать человеку голову от тела.

– Ну, я… даже не знаю.

Линь и Бао молчали. Ерзая на стуле, Герберт жадно курил до тех пор, пока сигарета не догорела до фильтра.

Наконец Линь сказала:

– Выпей еще, Берт.

Герберт не стал спорить, а с обреченным видом залпом выпил бурбон. Закашлялся, ставя стакан на стол.

– Сейчас я отправлю тебе одну картинку. Двое наших товарищей, застрелены и забиты до смерти. Обоим выстрелили в живот из пистолета вот такого типа. – Взяв один двуствольный пистолет, Линь направила его на Герберта. – Ты был там один, ты единственный зашел и вышел. Квартира на третьем этаже, глупо думать, что кто-то вскарабкался снаружи по стене, порвал Змеиную Голову и Синего Штыря в клочья, после чего таким же образом спустился вниз. Причем, проделав все это, тебя и пальцем не тронул. Эти люди заявились ко мне домой, отрубили ногу моей подруге; затем они заманили нас в засаду; они даже не пытаются скрыть, кто они такие. Действуют в открытую, нагло. Нападение на конспиративную квартиру в духе долбаных ниндзя? Нет. Нет, Герберт, единственный разумный ответ – это сделал ты. Сделал это, и ничего не помнишь. Эти люди вселили в твое сознание психопата.