— А они нужны?

Олечка чуть не поперхнулась чаем.

— Что вы! Конечно! Вы стольким людям тогда помогли!

— Я понимаю, — Шумер, кивнув, побрякал ложкой в чашке. — Только эта помощь не то, чего мне хотелось бы. Я убежден, что какая бы то ни было помощь ничего не даст, если человек не изменится, не желает измениться внутренне.

— Вы не правы, — сказала Олечка, аккуратно зачерпнув варенья из розетки.

— Почему?

— Ну, потому. Вам не понравится мое мнение.

Шумер наклонил голову.

— Вы попробуйте.

— А если я вам настроение испорчу?

Шумер улыбнулся.

— Значит, мне стоило его испортить. Хотя, извините, чтобы испортить мне настроение, надо очень постараться.

— Честно? — Олечка отхлебнула чаю.

— Да.

— Хорошо.

Шумер подобрался и положил ладони на колени.

— Я слушаю.

— На самом деле…

— Чаевничаете? Очень хорошо, но, увы, — заглянул в проем Бугримов. — Пора, потихоньку вливаемся в процесс.

— Как? — удивился Шумер. — Часа же не прошло.