От удара раскрылась складная часть крылечка, опускающаяся до земли. Отправляясь в путешествие избушкой, бабы-яги, конечно, всегда его поднимают — чтобы не цеплялось в дороге за что попало.

— Давайте, молодцы, затаскивайте его! — скомандовала старуха, открывая дверь пошире.

Иван с Яромиром поплевали на ладони, встали по разные стороны от Баюна и сунули руки ему под живот. Там их пальцы встретились и покрепче ухватились друг за друга.

— Раз-два, взяли!.. — просипел Яромир.

Княжич с оборотнем крякнули, поднатужились и потащили здоровенного кота в избу. Тот орал, шипел, матерно ругался и сучил связанными лапами, но в конце концов все же оказался на чисто выметенном полу бабкиной хибары.

Хозяйкин кот при виде чужака возмущенно зашипел, черная шерсть встала дыбом, хвост лупил из стороны в сторону, глаза метали искры. Маленького зверька отнюдь не обрадовала встреча с таким огромным сородичем.

— Связали крепко ли? — придирчиво проверила ремни Овдотья Кузьминишна. — Вот уж вправду кошак так кошак — прямо-таки царь-кот! Насчет Кащея-то его выспросили?

— Первым делом, — кивнул Яромир. — Ну, бабуль, давай — что есть в печи, на стол мечи!

— Да я мигом, яхонтовый! — захлопотала старушка. — Ступайте в байну покудова — все готово, все истоплено. Потом покушаете, и на боковую — притомились, чай, всю ночь-то не спамши?

— А может, сначала покушаем? — предложил Иван.

— Грязные, вонючие, только с охоты — да за стол?! — возмутилась баба-яга. — Не пущу! Щас помелом в корыто загоню, коли по своей воле не хотите!

— Да ты что, бабушка, это ж я так, шуткую!.. — испугался княжич, хватая со стола черствую горбушку — для банника.

— Эх, ягуся, и ты против меня?.. — тоскливо провыл из-под железного колпака кот Баюн, когда Иван с Яромиром скрылись в парной горнице. — Все против меня, суки… Чует сердце, быть мне шапкой боярской…

— Может, и так, а может, и нет, — откликнулась Овдотья Кузьминишна, складывая крыльцо. — Чай, княже владимирский не совсем уж дурак набитый, не станет такого редкого котика на шапку пускать…

— Значит, в цепи закует и на потеху выставит, — угрюмо прошипел Баюн. — Хрен редьки не слаще.

— Ну, там видно будет, — заперла дверь баба-яга. — Н-но, куроногая, поехали! Прямой дорожкой в стольный град Владимир! Эх, давненько я к князьям в гости не заглядывала!.. Надо бы пирожков напечь…

Глава 30

Глава 30

Над Владимиром-на-Клязьме разносился колокольный перезвон. Далеко на восходе занималась заря. А на княжье подворье важно вступало невиданное чудо — ходячая изба.

Путь от Мурома до Владимира затянулся почти на сутки. Жалеючи спящих Ивана с Яромиром, баба-яга не слишком погоняла свою диковинную избушку. По шажочку, по шажочку — вот и верста долой, а за ней и другая.