М-да, против такого аргумента не устоять ни одному, даже самому суровому, отцу. Кайрон нехотя, но сдался.

Глава 25.1

Глава 25.1

Сначала все вокруг казалось мне излишне шумным и немного чужим. Переплетались в какофонии смех, музыка, вскрики. Но атмосфера праздника проникала в меня неумолимо. И уже скоро я и сама хохотала среди совсем незнакомых мне людей. Это оказалось так просто, что было даже странно. Обычно я не так чтобы легко принимала участие вот в таких гуляниях. Все же слишком тесный контакт с незнакомцами.

Но здесь… Здесь это было так здорово!

Кайрон стоял поодаль, явно стремясь занять удобную для наблюдения позицию. Вроде бы рядом, но, по традиции вечно настороже. Он отпустил нас хороводить, но сам продолжал держать лицо.

Конечно, он ведь слишком серьезный, чтобы веселиться. Тем более прилюдно.

Мне вообще стало казаться, что он не хочет никому показывать другие грани своей натуры. Ведь дома, особенно в последние дни перед отъездом, я не раз видела на его лице улыбку. Он мог пошутить или подначить, что меня, что Томаса…

Но все это было до письма, до его внезапного развода и… и до того, как реальность моего положения снова обрушилась на всех нас.

Впрочем, здесь и сейчас я хотела веселиться! И даже его показная суровость мне не помешает.

Бастиан был неутомим. Вот кто стал такой нужной зажигалкой в нашем кругу! Томасу не хватало сил нас расшевелить, зато маг сумел. Делал он это, конечно, слегка бесцеремонно и, возможно, излишне нахраписто. Но с нами иначе было и нельзя.

Он втянул и меня, и Томаса в череду хоровода, нас заплело вместе со всеми. Люди улыбались, глядя мне в лицо, осторожно придерживали Томаса, который хохотал так, что я стала опасаться, как бы горло не заболело… Но останавливать не стала.

После всего, что случилось за последнее время, слышать его смех было дороже прочего.

Новый виток, хоровод потянулся в центр, меня сдавило с боков. С одной – подпевающий общему хору Бастиан. С другой – кряхтящий Томас.

Едва со мной встретившись взглядом, Бастиан озорно подмигнул.

– Круг за кругом мы ведем.

Счастья свечи в каждый дом!

Пой, веселый хоровод,

Веселись, честной народ! – он продолжал подпевать вместе с другими в унисон. И это было даже немного странно. Он ведь был из аристократов? А веселился вместе с простыми людьми в столь незатейливой забаве.

Впрочем, самого Бастиана, похоже, это ничуть не смущало.

Когда закончился последний куплет, а люди кругом все же разорвали кольцо, чтобы поаплодировать друг другу и дать себе передышку, маг вывел нас из толпы. Мы подошли к Кайрону, он наклонился к нему и театрально понизил голос:

– Дружище, ты, я гляжу, непоколебим в своей суровости, – еще и по плечу хлопнул. – Но знаешь, что я подумал, ты пригляди за Верой, а Томаса я сейчас позаимствую, хочу сводить его в одну колдовскую лавочку. Ты ведь не будешь против?

Томас аж подпрыгнул от нетерпения.

– Правда?

– Конечно! Хочу сделать тебе подарок! – Бастиан потрепал его прямо по шапке.

– Не думаю, что это… – начал было Кайрон, но я пихнула его локтем в бок. Томас смотрел с таким ожиданием, что грех было на пустом месте отказывать. – Ай, ладно.

Мальчонка едва не подпрыгнул. Бастиан усмехнулся.

– Вот и отлично.

– Только недолго, – все же нравоучительно отозвался Кайрон.

– Ой, вот не знаю, как получится, лавка далеко, а там столько всего интересного! – отмахнулся маг. – Ты, друг, только смотри, чтобы Вера развлеклась как следует. Праздник бывает нечасто! И я хочу, чтобы у нее о нашем городе остались самые чудесные воспоминания!

– Ага, – фыркнул мой новый сопровождающий. Но Томас и Бастиан уже нырнули в толпу. Только мы их и видели.

А я почувствовала легкое смущение. Остаться с Кайроном с глазу на глаз посреди гуляющей площади оказалось куда сложнее, чем тет-а-тет в старом доме.

Но хоровод снова стал собираться, и я затопталась на месте.

– Ну что, Кайрон, рискнешь станцевать со мной? Или отпустишь одну в толпу незнакомцев?

На миг я увидела на его лице желание возразить… но звонкие бубны и заразительный восторг толпы сломили его сопротивление. Он крепко взял меня за руку и мы закружились, подхваченные все более быстро меняющимся вихрем людей. Он держал меня надежно и уверенно. Суровое выражение его лица становилось мягче с каждым кругом, а в глазах мелькал тот самый свет, по которому я начала было скучать. Меланхоличное одобрение и теплая, понимающая улыбка.

Музыканты сделали передышку, и я потянула Кайрона к стойкам со сбитнем. И только на подходе сообразила, что денег-то у меня нет… Вот ведь… забылась.

Сделала поспешно вид, что просто в сторону решила отойти, но Кайрон глаза закатил и головой качнул. Отошел на миг, а вернулся уже с двумя чарками.

– Осторожно, горячее.

Я с благодарностью приняла напиток, про себя отметив, что в более спокойной обстановке нужно обдумать, где и как в конце концов я могу и правда денег заработать… Чтоб вот таких казусов не случалось. Попрошайничать я была непривычна.

Сделала осторожный глоток, на щеках тут же заиграл румянец, в груди разлилось приятное тепло.

– Ты ведь не ожидал вот такого, а? – я вскинула брови и глянула на своего спутника поверх кружки.

– Не ожидал, – усмехнулся, сам сбитень попивая. На этот раз в его голосе звучала теплая, сдавленная нежность, суровость все же поотпустила.

После мы прошлись между рядов ярмарки. Кайрон купил мне еще и орешков в сахаре, мы покидали странные шарики в специальные ведерки, что-то вроде наших ярмарочных забав, и Кайрон выиграл мне красную ленту. Я тут же ее в волосы заплела.

Там еще много разных интересностей нашлось… Смешные поросячьи бега, столб с сапогами красными наверху, куда целая очередь молодчиков стояла. Я не стала подначивать Кайрона к ним присоединиться, отметив, что тогда у молодых ребят не останется и шанса. А ведь за ними следила стайка румяных девиц.

Кайрон на этом, кажется, даже выдохнул.

А после я не заметила, как мы снова оказались в танце. Теперь намного ближе, чем прежде. Мы кружились так, что казалось, мир исчезает в снежном мареве, а музыка бередит что-то очень личное, потаенное.

Когда небо стало темнеть, а площадь освещали только фонари да отблески праздничных огней, началось главное – танец костров. На этот раз Кайрон наклонился ко мне совсем близко.

– Готова к местной традиции?

– Всегда хотела попробовать, – я даже не попыталась скрыть азарт, когда увидала, как парочки над пламенем с разбега прыгают.

Мы взялись за руки. Яркий ритуальный костер полыхал впереди, а в толпе, к моему некоторому удивлению, начали скандировать:

– Прыгают только смелые и влюбленные! Прыгают вдвоем – никогда не разлучатся!

– Ты не обязан... – я было попробовала возразить.

Но Кайрон сжал мою руку крепче и только взглядом, без слов, ответил – “Я так хочу”.

Мы разбежались и прыгнули. Огонь вдруг вспыхнул яркой, волшебной зеленью. Я почувствовала, что это не просто традиция, а что-то по-настоящему волшебное! Магия окутала нас, стиснула в своих объятиях почти нестерпимым жаром. Продлилось это всего секунду, но толпа уже взревела:

– Поцелуй! Поцелуй!

У меня перехватило дыхание. Громкие голоса, хлопки, звонкий смех, и все расплывается, уходит куда-то далеко, растворяется, как тающий снег на щеках. Я смотрю на Кайрона, прямо, открыто, не в силах ни убежать, ни спрятаться.

В этот момент в нем совсем нет прежней холодности. Он смотрит так, что у меня все сжимается, будто видит меня впервые и сразу всю. Я не двигаюсь, не дышу. А он… делает шаг навстречу, и вот уже его руки на моей талии, горячие, властные, слишком твердые, чтобы это можно было спутать с дружеским жестом.

– Ты знаешь, что не обязан… – я не успеваю договорить. Его губы накрывают мои.

Первый миг – дикий, обжигающий электрический разряд, почти шок. Его поцелуй не ощущается неуверенными или нежным. Нет, это нетерпеливое, жадное желание, которому он так долго не позволял разгореться. Я делаю шаг ближе, отвечая, и теперь между нами совсем нет расстояния, нет воздуха. Теснее, ближе, жарче.

Он будто пытается вложить в этот поцелуй все свои страхи, недомолвки, скрасить ту холодную отчужденность последних дней. И она начинает таять между нашими губами. Его ладонь вплетается в мои волосы, пальцы невесомо касаются шеи, и я невольно вздрагиваю, забывая, где вообще нахожусь.

Я слышу его дыхание – прерывистое, едва ли не с рыком, что рвется из груди. Вдох, и сама таю, будто и во мне вспыхнул этот зеленый, волшебный костер.

Мне кажется, мы стоим так не одну, а тысячу вечностей. А когда наконец отрываемся друг от друга, оба ошарашенные, пьяные от этого вечера, я не могу сразу найти слова. Просто улыбаюсь, глупо, широко, чувствуя, как горят щеки, как не могу отпустить его руки.

И он… он смотрит на меня так же.

Толпа улюлюкает, но так по доброму…

А потом мы оба вдруг смеемся, не в силах сдержать больше ни смущения, ни ликования.

Глава 25.2

Глава 25.2

Когда мы отошли чуть в сторону, чтобы дать место другим желающим попрыгать, я все же потянула Кайрона за рукав:

– А что означает это зеленое пламя? – спросила, а сама смотрю на него открыто.

Кайрон как-то замялся, стушевался немного.

– Считается, что это благословение от богини Зимы молодым парам, – все же пояснил, – но на деле в такие костры специально добавляют особые угольки. Они нагреваются и вспыхивают в какой-то момент. Иногда попадается вот так, под кем-то.