Глубокий голос заставляет меня уронить нож для писем и обернуться. В дверном проеме стоит Люсьен. Он выглядит запыхавшимся, словно бежал сюда. Прежде чем полог палатки успевает закрыться, я замечаю доспех Малахита, охраняющего вход снаружи.

– Ваше высочество, – я склоняюсь в глубоком реверансе, – вам следовало остаться в своем шатре. Который, уверена, намного лучше этого. К тому же, если стрелы бандитов найдут нас, я бы предпочла, чтобы погиб кто-то один.

Он резко придвигается ближе, его затянутая в перчатку рука тянется к моей щеке, а взгляд ужасно, пугающе мягок.

– Если ты думаешь, что несколько умных слов заставят меня забыть про твои слезы, ты ошибаешься.

Великолепный момент, чтобы забрать его сердце – мы одни, лес рядом, стражи растерянны, мой меч ждет, а голод жаждет.

ПРИМИ ДАР ЭТОГО ГЛУПЦА, – то ли шепчет, то ли кричит голод, на место тихому шелесту приходит оглушительный звук, от которого гудит голова. – ВСКРОЙ ЕГО СВОИМ МЕЧОМ И ЗАКОНЧИ ЕГО ЖАЛКОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ.

ПРИМИ ДАР ЭТОГО ГЛУПЦА, – то ли шепчет, то ли кричит голод, на место тихому шелесту приходит оглушительный звук, от которого гудит голова. – ВСКРОЙ ЕГО СВОИМ МЕЧОМ И ЗАКОНЧИ ЕГО ЖАЛКОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ.

Рука судорожно тянется к мечу, но я останавливаю ее.

ПОЧЕМУ ТЫ СОМНЕВАЕШЬСЯ? БОИШЬСЯ? ТВОЙ СТРАХ НИЧТО, НЕ СТОИТ БОЯТЬСЯ ОДНОГО-ЕДИНСТВЕННОГО СЛАБОГО ЧЕЛОВЕЧИШКУ. ОН НЕ СМОЖЕТ ОСТАНОВИТЬ ТЕБЯ, ДАЖЕ ЕСЛИ ЗАХОЧЕТ. ЗАБЕРИ ЕГО СЕРДЦЕ, ЗАБЕРИ ЕГО ЖИЗНЬ, ОН ПРЕДНАЗНАЧЕН ТЕБЕ!

ПОЧЕМУ ТЫ СОМНЕВАЕШЬСЯ? БОИШЬСЯ? ТВОЙ СТРАХ НИЧТО, НЕ СТОИТ БОЯТЬСЯ ОДНОГО-ЕДИНСТВЕННОГО СЛАБОГО ЧЕЛОВЕЧИШКУ. ОН НЕ СМОЖЕТ ОСТАНОВИТЬ ТЕБЯ, ДАЖЕ ЕСЛИ ЗАХОЧЕТ. ЗАБЕРИ ЕГО СЕРДЦЕ, ЗАБЕРИ ЕГО ЖИЗНЬ, ОН ПРЕДНАЗНАЧЕН ТЕБЕ!

Я отрываю щеку от его руки, добавляя пространства между нами. Чем меньше он меня трогает, чем дальше я нахожусь, тем сильнее моя воля.

– Меня просто тронул вид кавалькады стражей. Она была так прекрасна в лучах солнца.

ОН ДЕЛАЕТ ТЕБЯ СЛАБОЙ. ИЗБАВЬСЯ ОТ НЕГО.

ОН ДЕЛАЕТ ТЕБЯ СЛАБОЙ. ИЗБАВЬСЯ ОТ НЕГО.

Люсьен прищуривается.

– Ждешь, что я в это поверю? – напирает он.

ЖДУ, ЧТО ТЫ ИСТЕЧЕШЬ КРОВЬЮ.

ЖДУ, ЧТО ТЫ ИСТЕЧЕШЬ КРОВЬЮ.

– Ничего я от тебя не жду, – отвечаю я сквозь зубы. – За исключением обычной вежливости и доверия.

– Почему ты плакала? – допытывается он.