Халид внимательно изучал разложенные на столе планы.

Новая система акведуков, поставляющих пресную воду из ближайшего озера в подземные цистерны города, станет дорогостоящим и долгим делом. По этим и ряду других причин советники высказывались против данной затеи.

Их можно было понять.

Возможная затяжная засуха не отягощала их мысли с утра до вечера.

Халид провел ладонью по пергаменту, исследуя тщательно выведенные линии и кропотливые надписи, сделанные лучшими учеными и инженерами Рея.

В распоряжении халифа находились величайшие умы. Под кончиками пальцев простирались плоды их усилий.

Предполагалось, что он был царем из царей и командовал знаменитой армией, а также тренировался с лучшими воинами Хорасана в течение двенадцати лет. Двенадцать лет провел, оттачивая мастерство, чтобы стать одним из лучших фехтовальщиков Рея. Многие считали Халида еще и отличным стратегом.

Однако все эти достижения не могли помочь защитить то, что являлось для него важным: свой народ. Свою жену.

Он никак не мог защитить одно, не принеся в жертву другое. Любой из вариантов грозил невосполнимой, неприемлемой потерей.

Халид снова задумался о последствиях своего себялюбивого поведения. Как воспримут его нежелание принести в жертву одну-единственную девушку ради множества других? Осудят ли?

Сколько ни в чем не повинных жизней уже оборвались во исполнение условий проклятия? Сколько уже погибли, потому что Халид не сумел заметить невыносимые страдания первой жены? Потому что не сумел проявить хоть толику любви и заботы?

Какое право он имел решать, чья жизнь была более ценной? Кем он был, в конце концов?

Всего лишь восемнадцатилетним юнцом. Бесчувственным, бессердечным сыном блудницы.

Чудовищем.

Халид закрыл глаза, сжимая кулаки над планами.

Нельзя и дальше потакать прихотям сраженного горем безумца.

Пора начать самому принимать решения. Даже если они будут безобразно себялюбивыми. Даже если за них осудят и покарают на веки вечные.

Но Халид больше никогда не станет тем, кто не сумел проявить любовь и заботу. Он бросит все силы, чтобы защитить то, что ему дорого. Любой ценой.

За исключением единственной, самой важной вещи.

Халид подписал указ немедленно приступить к строительству новой системы акведуков, отложил его в сторону и приступил к следующему прошению, как вдруг дверь в покои без предупреждения распахнулась, и внутрь ворвался Джалал.