Джалал медленно вздохнул и вручил свиток. Когда Халид развернул его, то почувствовал, как на плечи опустился тяжелый груз, словно предзнаменование грядущей катастрофы.

Просмотрев донесение один раз, перечитал его снова, потому что слова едва помещались в сознании. И снова.

– Сожалею, Халид-джан, – мягко произнес дядя Ареф. – Моя печаль безмерна. Даже я сам начал верить – хотел верить – в ее уникальность.

– Так и есть, – возразил отцу Джалал и приблизился к двоюродному брату. – Пожалуйста, дай ей шанс все объяснить.

– Оставьте меня, – тихо распорядился Халид.

– Не позволяй своим страхам и сомнениям разрушить все, чего вы достигли, – воскликнул Джалал. Дядя Ареф подошел к сыну и взял его за плечо, но тот продолжал, не обращая внимания: – Шахразада тебя любит! А доклад может иметь под собой вполне логичное объяснение. Не исключено, что крупица истины там содержится и все начиналось как ложь, но сейчас девчонка испытывает к тебе настоящие чувства. Готов поклясться в этом собственной жизнью! Пожалуйста, не дай ненависти управлять тобой. Ты не такой, как твой отец. А куда лучший человек. Как и Шази.

Халид повернулся к двоюродному брату спиной и скомкал в ладони свиток.

Предзнаменование сбылось, катастрофа разразилась, погружая все во тьму.

Окончательно уничтожая и без того приговоренную к вечным мукам душу.

* * *

Шахразада стояла возле перил на балконе и наблюдала за безбрежным океаном мигающих звезд, рассыпанных по мягкому синему бархату небосвода.

Она не могла заставить себя вернуться в покои, где произошла ужасная резня, хотя от происшествия не осталось ни следа. И все же воспоминания были слишком свежи, чтобы находиться в одиночестве среди теней, где затаились призраки.

Когда темные небеса прорезала внезапная вспышка упавшей звезды, Шахразада тяжело вздохнула. Она провела целый день в садах, предоставленная самой себе, чтобы поразмышлять над откровениями прошлой ночи, не отвлекаясь на беседы с острой на язык Деспиной.

Увы, истина оказалась вовсе не такой однозначной, как надеялась Шахразада, а скорее была суровой, неприглядной и еще более жестокой, чем кто-либо мог бы представить.

Шива погибла ради чужого возмездия – отвратительного и извращенного. А все потому, что обезумевший от горя отец, потерявший дочь из-за прискорбного стечения обстоятельств, решил покарать других за свою боль.

Покарать Халида.

А тому пришлось обрушить кару на головы жителей Рея.

Девушка снова вздохнула и посмотрела на свои руки, сжимавшие перила.

Все полетело в непроглядную бездну из-за страданий одного человека. И та же самая жажда мести привела саму Шахразаду во дворец. Породила в сердце ненависть к халифу, которого все считали виновным в бессмысленных казнях.