Не за себя прошу, а за людей, которые гибнут от холода, страдают от голода и ран. На нас охотятся степняки – просто забавы ради, а некоторых, кто ходил в деревни вести проповеди, наверное, поймали люди князя, потому что от них уже давно нет никаких вестей.
Мы не можем вернуться назад без приказа, но не можем и наступать, потому что после поражения наши силы на исходе. Я пишу, а руки мои дрожат; я получил ранение в плечо, и от холода мне постоянно хочется спать. Раны плохо заживают, припасы подходят к концу, а дичи здесь почти нет.
Мы не можем вернуться назад без приказа, но не можем и наступать, потому что после поражения наши силы на исходе. Я пишу, а руки мои дрожат; я получил ранение в плечо, и от холода мне постоянно хочется спать. Раны плохо заживают, припасы подходят к концу, а дичи здесь почти нет.
Прошу, мой царь, отправьте войска нам в подмогу. Письмо будет идти долго, войска – ещё дольше, и, боюсь, если вы не поторопитесь, мы все сгинем на границе своей родины и княжьих земель.
Прошу, мой царь, отправьте войска нам в подмогу. Письмо будет идти долго, войска – ещё дольше, и, боюсь, если вы не поторопитесь, мы все сгинем на границе своей родины и княжьих земель.
Я посылаю это письмо с проверенным человеком и молюсь Милосердному, чтобы оно дошло как можно скорее.
Я посылаю это письмо с проверенным человеком и молюсь Милосердному, чтобы оно дошло как можно скорее.
На том заканчиваю свой унизительный крик о помощи. Да хранит Милосердный вас и вашу семью, да поможет нам вернуться домой живыми.
На том заканчиваю свой унизительный крик о помощи. Да хранит Милосердный вас и вашу семью, да поможет нам вернуться домой живыми.
Глава 16. Рвётся кружево золотое
Глава 16. Рвётся кружево золотое
Князь
– Откуда у тебя это? – спросил я, передавая письмо Огарьку и Трегору.
– Не боись, письмо настоящее, – оскорбился Ягмор. – Знал бы, как мы его добыли, не сомневался бы.
– Я спросил, откуда оно. И жду ответа.
Ягмор выпятил грудь, даже вытянулся, будто хотел казаться больше и значительнее.
– Воробьи стараются, князь. Все знают, что это ты созвал воробьиные стаи. Мы хотим доказать, что можем не просто бегать с бумажками от деревни к деревне. Мы все хотим уважения.
– Воробьям не стать соколами, – заметил Огарёк с плохо скрываемой ревностью.
– Нам этого и не нужно! – воскликнул Ягмор. – Мы шустрее соколов и нас больше, зато стая дружна как один. Думаете, письмо сразу ко мне попало? Нет уж, с десяток воробьёв сменило.
– И только тебе хватило тщеславия назваться воробьиным князем, – подытожил Трегор.