Гимн Перерождения пугал меня в детстве больше всего. И до сих пор вызывал страх.

– Ты был священником, а я выросла в монастыре. Я слышала эту историю тысячу раз. Ответь, если мы в самом деле так неисправимы, тогда почему Архангел дал нам второй шанс?

Я открыл рот, но понял, что у меня нет ответа.

Перед глазами что-то мелькнуло. Я бросил взгляд на окно. На темном куполе за ним мерцал свет.

Туманная звезда.

Ион.

Послание Иона осветило ночное небо. Под песнопения рыцарей-этосиан тяжело было думать, тяжело даже слушать Хита, который записывал и читал вслух то, что говорил световой ритм.

А рассказал он о многом. Крум выступил в поход. Михей – солнцеглотатель, и он тоже идет на нас. И что самое важное, Мара с ним.

Как я и надеялся, Ана оказалась идеальной приманкой. Хотя я не знал, как и почему Мара и Михей оказались в Пендуруме, важно то, что они идут сюда с ордой Крума. Странный поворот судьбы, но я разберусь с этим позже. А пока надо еще больше повернуть ее в мою пользу.

Эта битва определит все. Если я сражу Крума, то двинусь на Пендурум и захвачу его. Что сделает меня властелином Крестеса – во всем, кроме титула, чего я и добивался.

И тогда я верну Мару. Мы поможем ей вспомнить, что она одна из нас. И вместе отправимся на восток, чтобы победить мага, который носит все маски, отыскать Врата и вернуться домой, в далекий мир, в котором яйцо древних не расколется.

Все пойдет так, как рассказал человек, спускавшийся с пирамиды и показавший мне Дворец костей. Хотя эти страницы уже написаны, чернила еще не высохли. И я должен убедиться, что ни слова не изменится. Что никто, даже Михей Железный, не сотрет письмена нашей судьбы.

Морозным зимним утром разведчики заметили орду Крума. Племена рутенцев и рубади, вставшие под его знамя с ухмыляющимся деревом, поколениями жили на горе Дамав, хорошо знали местность, и для них несложно было проехать по этой странной красной горе.

Но Мертвый лес и четыре форта – совершенно иная земля. Земля Семпуриса. Эту землю называл домом имперский легион Деметрия. Она стала сердцем Компании здесь, в Крестесе. И мы будем защищать ее изо всех сил.

На ветру развевались сотни ухмыляющихся деревьев – флаги свисали с высоких шестов, которые несли крупные воины на маленьких лошадях. В орде рутенская любовь к топорам, копьям и двуручным мечам сочеталась с рубадийским мастерством владения луком. Захватив Пендурум, они также взяли тысячи имперских аркебуз, правда, не были так искусны и точны в стрельбе, как наши кашанцы.

Паладины и рыцари-этосиане смутились при виде большого количества женщин с копьями, луками и кинжалами, гордо восседавших верхом. Их лица покрывала боевая раскраска, а тела были заключены в костяные, железные и кожаные доспехи.