Кейлен попытался ответить, но Данн крепко его обнял.

– И не смей говорить мне, что ты сожалеешь, – повторил он. – Меня тошнит от извинений. Не вздумай еще раз произнести эти слова вслух. – Он еще сильнее сжал Кейлена в объятиях. – Я счастлив, что с тобой все в порядке.

– Я не стану, – сказал Кейлен, отвечая на объятия Данна.

Когда Кейлен отстранился, он увидел высокого широкоплечего мужчину и женщину с темными волосами, которые стояли рядом с Эллой, и вспомнил, что видел их у ворот.

– Ну, – сказал Эрик, пожимая плечами. – Ты очень вовремя. Успел к самому началу веселья.

– Что случилось? Я видел Драконью гвардию, которая поливала огнем Темнолесье.

– Аргоны больше нет, – голос Тармона прозвучал ровно, но Кейлен уловил в нем боль.

– Что значит больше нет? – спросил Кейлен.

– Ее нет, – сказал Тэрин. – Мы не знаем, что произошло, но после того как ты улетел, мы получили еще одно сообщение от Балдона. Судя по всему, Империя узнала, что мы намерены встретиться с Кастором Каем.

– Поэтому они сожгли целый город? – Шок Кейлена сменился яростью, но уже в следующее мгновение он почувствовал скорбь. – О, боги, зачем кому-то так поступать?

– Так Империя поступает с повстанцами. – Люди отходили в сторону, уступая дорогу Чоре, нити Воздуха вращали колеса ее кресла. Она не спускала глаз с Кейлена, морщины на ее лице стали еще более резкими. – Я не стану спрашивать, куда ты летал. Для этого у нас еще будет время. Ты идиот. Эльфы пригласили нас на совет в Митнирил. Короче говоря, Драконья гвардия сожгла Аргону дотла, и теперь при помощи огня они пробивают путь к Аравеллу. Алдитмары не станут покидать границы леса. Это разумная тактика, но мы посмотрим, что они предпримут, когда доберутся до Нитрандира. Пока ты не задал вопрос: мы не знаем, как им удалось узнать о том, где мы находимся, или почему они решили атаковать нас именно сейчас, впрочем, их маги станут сильнее в свете Кровавой Луны. Мы давно подозревали, что им известно о нашем убежище. Это проблема чисел.

Эльфы оставались здесь, поэтому Империи не было смысла атаковать город. Анганы клана Двалин сообщают, что имперские войска, численностью почти в восемьдесят тысяч, с несколькими Тенями движутся в нашем направлении. Если добавить сюда еще трех представителей Драконьей гвардии, все перестает выглядеть фантастическим. – Чора посмотрела на Данна, Кейлена, Эрика, Тармона и Вейрила. – Я советую вам надеть ваши красивые доспехи. Кроме повстанцев и эльфов, давших вам клятву, вы поведете за собой армию. Так что вам следует и выглядеть соответственно.

Кейлен кивнул.

– Где Эйсон и Хейм?

– Хейм готовит ваших солдат, – сказала Элла, подходя ближе. – Остальные рыцари ушли, как только взошла Кровавая Луна. Но они обещали вернуться.

– Проклятие, я очень надеюсь, что так и будет. – Эрик вздохнул. – После того, что они показали в Кингпассе, их помощь нам совсем не помешает.

Кейлен покачал головой, стараясь окончательно успокоиться. Именно к этому он готовился. И теперь время пришло.

– Ладно. Данн, Вейрил, Тармон, Эрик. Нам нужно идти. – Затем Кейлен повернулся к Элле.

Фейнир подошел к ней, и его плечо коснулось ее плеча. Кейлен все еще не мог поверить, что Фейнир стал таким огромным, и он не сомневался: такое не могло быть естественным.

– Мы будем сражаться вместе с тобой. – В глазах Эллы снова загорелся янтарь, превратившийся в расплавленное золото.

Получалось, что не только Кейлен изменился за время, которое прошло после того, как они покинули Прогалину. Он решил, что попросит Эллу рассказать обо всем, но сейчас, когда он смотрел на нее, Кейлен увидел, каким жестким стал ее взгляд.

– Мы пойдем вместе с Эллой, – сказал крупный мужчина у нее за спиной. У него были темные как ночь волосы, и он немного напомнил Кейлену Рэтта. Мужчина протянул ему руку, и Кейлен сжал его предплечье. – Таннер Фьорн, – назвался мужчина, коротко кивнул и указал на стоявшую рядом женщину. – А это Яана.

– Кейлен Брайер. – Кейлен посмотрел на мужчину. – А вы не дядя Рэтта, Таннер? Он рассказывал о вас.

– Да, это я. Да обнимет его Герайя.

Сердце Кейлена провалилось в желудок, он посмотрел на Эллу.

Янтарь в ее глазах потускнел, и они снова стали голубыми. Фейнир заскулил.

– На дороге в Гизу. Солдаты Империи.

– Элла… я…

– У нас еще будет время поговорить.

Таннер положил руку на плечо Эллы, а Яана накрыла ее своей ладонью.

Кейлену хотелось обнять Эллу, но по выражению ее глаз он понял, что сейчас она в этом не нуждалась, а потому просто кивнул и повернулся к Чоре:

– Мы наденем доспехи и встретимся в Митнириле.

Прежде чем Чора ответила, глаза Валериса уловили какое-то движение возле деревьев в центре двора, и Кейлен повернулся в ту сторону.

– Что там происходит? – спросил он.

– Ракина из Драконьей гвардии – или «юстициары Империи», как они называют себя теперь. – Чора произнесла эти слова так, словно они были полны яда. – Они пришли вместе с твоей сестрой. Тасия и Азиус надели на них кандалы с рунами, чтобы лишить возможности использовать Искру, пока мы сражаемся. Мы разберемся с ними позже.

– Только благодаря им я добралась сюда живой. – Взгляд Эллы стал суровым, когда она посмотрела на Чору. – Если бы не Фарда, я бы так и осталась в плену армии Империи или, что вероятнее, была бы мертва.

Кейлен повернулся к Элле и почувствовал, что в Валерисе растет ярость, но постарался успокоить дракона, унять стремившееся выйти наружу пламя, хотя бы на данный момент.

– Фарда? Фарда Кирана?

Когда Кейлен произнес это имя вслух, у него задрожали руки, и нахлынули воспоминания – Фрейис, падающая у стены их дома, сжатый кулак Фарды, пламя. Теперь он знал, что в тот день Фарда использовал Искру – день, когда он убил его мать. Варин, я молюсь тебе. Пусть это будет он.

Элла напряглась, должно быть, она что-то заметила в глазах Кейлена.

– А что?

Ее тон сказал Кейлену все, что ему следовало знать. Она увидела пурпурный свет в его глазах, который отразился на лицах стоявших рядом людей, а также облачка тумана, поплывшие в воздухе, – он впустил в себя ярость Валериса. Кейлен отвернулся от Эллы и зашагал через толпу. К нему тянулись руки, окликали голоса, но он продолжал идти. Валерис взлетел в воздух и направился в сторону деревьев в центре двора – они стали единым целым, ярость и гнев поглотили все другие чувства.

Когда Кейлен подошел, Азиус, Сенас и Тасия повернулись к нему. Он увидел, как шевелятся их губы, но звуки не коснулись ушей. Три пленника стояли на коленях возле йотнара, стальные кандалы, которые испускали голубой свет, сковывали их запястья. От них шли цепи, впаянные в белый камень при помощи Искры. Голова темноволосого эльфа, слева, была опущена. В центре находилась женщина с белыми как снег волосами.

– Фарда! – крикнул Кейлен так громко, что у него заболело горло.

Валерис приземлился рядом с ним. Из груди дракона вырвалось грозное рычание.

Третий пленник, находившийся справа, поднял голову, услышав крик Кейлена. Когда взгляд Кейлена остановился на разбитом и окровавленном лице Фарды Кираны, он замедлил шаг. На миг его гнев застыл, сердце сжалось. Он снова переживал тот день в Прогалине. А потом его ярость вырвалась наружу, словно пылающий огонь. То, как Фарда сейчас на него смотрел, лишь усилило его гнев.

Кейлен сделал несколько шагов вперед, схватил Фарду двумя руками за шею и поднял на ноги. Фарда замер на месте – его цепи натянулись. Кейлен еще сильнее стиснул руки вокруг его шеи, но Фарда продолжал спокойно и холодно смотреть ему в глаза.

Валерис возвышался над ними, ярость дракона смешалась с яростью Кейлена. Чувство утраты, наполнявшее разум дракона, подпитывало огонь внутри Кейлена. Фарда отнял Фрейис у Валериса еще до того, как у него появился шанс ее увидеть. Валерис не присутствовал, когда Кейлен убил Рендалла, но теперь дракон хотел, чтобы Фарда искупался в реке огня.

– Кейлен! – Элла схватила Кейлена за плечо, но он отбросил ее руку.

Фарда не отрывал взгляда от Кейлена, но даже не пытался высвободить шею из его рук.

– Кейлен, ты его убьешь! – крикнула Элла.

Элла схватила руку Кейлена, пытаясь ее оторвать, но он не поддавался, его мышцы горели огнем. Она ударила кулаком по сгибу локтя, и одновременно могучие руки сжали его сзади и оттащили от Фарды. Он отпустил горло Фарды, и тот, задыхаясь, упал на землю.

Кейлен отчаянно отбивался, пытаясь вырваться из могучих рук, повернулся и увидел Эйсона.

– Убери от меня свои проклятые руки!

– Неужели ты думаешь, что я не хочу его смерти? Я мечтаю увидеть, как жизнь постепенно уходит из его глаз за то, что он сделал. Но враг стоит у наших ворот – и его не сковывают цепи.

Кейлена отчаянно трясло.

– Он убил мою мать, Эйсон. Убил, словно она ничего не значила. – Кейлен опустил руку к бедру, чтобы прикоснуться к шарфу. На этот краткий миг он забыл, что отдал его Хейму. И его отсутствие усилило боль. – Это займет всего секунду.

Эйсон наклонился вперед, словно собрался что-то ответить, но его опередила Элла.

– Что ты сказал?

Поток гнева медленно отступал, но Кейлен продолжал дрожать, повернувшись к Элле. Он показал на Фарду, все еще стоявшего перед ним на коленях.

– Он убил маму. – У Кейлена дрогнул голос. – Он ее поджег… Я думал, что ты и Фейнир были внутри дома, когда он это сделал.