— Да тоже не очень хорошо, — признался я. — Хотя каких-то серьёзных опасностей у меня в жизни не было. Как бы тебе объяснить… Вот смотри: я родился в простой мещанской семье. Мне хотелось добиться чего-то большего, но как это сделать? У меня не было ни денег, ни происхождения, ни связей. Просто ещё одна серая фигура в бесконечной толпе таких же серых фигур. Образование помогает немного подняться, но именно что немного. Простой инженер на заводе, по сути, не так уж сильно отличается от рабочего на том же заводе, и без связей его шансы подняться хотя бы до главного инженера не очень велики.

Я остановился, вспомнив, что она может и не знать, что такое инженер или завод, но, похоже, она меня вполне понимала.

— В конце концов я решил, что проще будет подняться через науку, и поступил в университет на геологический. У меня был хороший диплом и интересная тема, и в целом перспективы были довольно неплохими. Но мне просто не повезло. Племяннику директора департамента земельных угодий вдруг понадобилась учёная степень. Защита магистериума благоприятно влияет на карьеру, понимаешь? Ректор тут же взял под козырёк, и моя тема вместе с местом в аспирантуре ушли этому племяннику. Вот так и закончилась моя научная карьера, даже не начавшись. Мне предложили вакансию полевого геолога на Мурмане, но я отказался. Шансы подняться там были совсем никакие, а просто полевой работой я мог заниматься и дома в Рифейске. Собственно, именно этим я и занимался, когда меня затянуло к вам. Так что жизни моей там ничего не угрожало, но перспектив не просматривалось вообще никаких. Хотя почему не угрожало? Меня ведь там, собственно, и убили. Жить мне оставалось минута, не больше, так что мне очень повезло, что меня затянуло к вам.

— Некоторые слова были незнакомыми, но суть я прекрасно поняла, — кивнула Арна. — Однако всё изменилось. Сейчас ты не какой-то простолюдин, а магик. Причём сильный магик. Очень сильный.

— Как ты можешь знать, насколько я сильный? — удивился я.

Она поколебалась немного, но всё же решилась ответить честно:

— Я могу это чувствовать. Наследственная способность нашего рода. Благодаря этому дару у нас за много лет линия магиков не только не выродилась, но даже усилилась.

То есть, другими словами, это давало её предкам возможность подбирать сильных партнёров. В принципе, не вижу в этом ничего плохого — удобно сразу видеть, кто подходит, а кто нет.

— Полезный дар, — кивнул я.

— Полезный, — подтвердила она. — Тебя это не смущает?

— С чего бы меня это смущало? — удивился я.

— Некоторым такое не нравится. Я рада, что ты к этому нормально отнёсся.

— Не мне здесь делать недовольный вид, — усмехнулся я. — Ты же помнишь, что могу чувствовать настроение людей? Тебя это не смущает?

— Не смущает, — улыбнулась она, и я ощутил, что улыбка искренняя. — Чувствуй на здоровье.

Здесь нам, наконец, принесли заказ, и официантка разлила вино. Пробовать я отказался — если ничего не понимаешь, не стоит изображать из себя знающего — скорее всего, просто насмешишь окружающих. Арна, впрочем, попробовала и после недолгого колебания одобрительно кивнула. Наверное, и в самом деле разбирается.

— Давай выпьем за тебя, — предложила она.

— Нет, — не согласился я. — Давай выпьем за то, чтобы у тебя всё прошло хорошо. Это сейчас главное, остальное приложится.

Мы выпили, но как временами случается, момент оказался полностью испорчен. Я бросил взгляд в сторону входа и болезненно скривился.

— Я, конечно, хотел повторить тот неплохой вечер, — сказал я с отвращением, — но не настолько же буквально!

— Что такое? — не поняла Арна.

— Те самые стражники, что приставали к нам тогда, — объяснил я. — И они, похоже, опять собираются до нас докопаться.

— Они нас в окно заметили, — кивнула Арна. — Я как раз в окно поглядела и видела, что они к нам присматриваются.

Мы в молчании ждали. Стражники и в самом деле подошли к нам.

— Тим Браст? — спросил старший официальным тоном.

— Старший стражник Ирца ис Лей, если я правильно помню? — ответил я вопросом на вопрос.

— Уважаемый Тим Браст, я пришёл к выводу, что предъявленное тобой разрешение на охоту не даёт права на проживание. Таким образом, я должен тебя задержать за незаконное нахождение в Дельфоре.

— Вот так вот сразу? — поразился я. — Задержать? Даже не поинтересовавшись моим разрешением на проживание? И вообще моими документами?

Второй стражник тоже с удивлением смотрел на него — такое поведение явно выглядело несколько необычно.

— Ты мне ничего не предъявлял, — нахмурился он.

— Ты у меня ничего и не спрашивал, — парировал я. — К тому же, мне кажется, ты вообще слишком спешишь с задержанием. По-моему, ты чрезмерно широко трактуешь свои полномочия.

Он поиграл желваками, сурово смотря на меня.

— У тебя действительно есть разрешение, Тим? — решил вмешаться второй стражник.

— Есть, — подтвердил я, подавая ему только сегодня полученную бумагу.

Тот быстро проглядел её и удовлетворённо кивнул.

— Ну и чего тебе надо от парня, Ирца? — удивлённо спросил он.

Ирца молча выхватил у него бумагу и впился в неё взглядом.

— Что за чушь⁈ — воскликнул он, уставившись на меня бешеным взглядом и потрясая моим удостоверением. — Всем известно, что великий не берёт учеников! Это подделка!

Я насмешливо смотрел на него, ничего не отвечая.

— Завтра пошлём запрос в Обитель и всё выясним, — попытался урезонить его второй стражник.

— Да что здесь выяснять, это же явная подделка!

— Хватит, Ирца! Предъявляй претензии великому, а парень здесь вообще ни при чём.

Ирца швырнул мою бумагу на стол, повернулся и промаршировал к выходу.

— Извини, Тим, — вполголоса сказал второй стражник. — Ирца нормальный, просто здесь личное… Он был лучшим выпускником за последние десять лет. Всё время, что учился, пытался получить личное ученичество у великого. И так ничего и не добился.

— А с чего он вообще ко мне привязался? — с недоумением спросил я.

— Сам удивляюсь, что на него нашло, — пожал тот плечами. — Да не стали бы мы тебя задерживать, конечно. В общем, бывай, не держи зла.

Он повернулся и поспешил вслед за Ирцей. Арна подобрала удостоверение со стола и с интересом его просмотрела.

— Ты знаешь, Арна, — задумчиво сказал я, — любопытная история получилась с этой бумажкой. Я ведь её буквально вытребовал у Дельгадо. И в канцелярии её не особо хотели писать. Но мне прямо вот зудело, что эта бумага нужна, и я всё-таки добился, чтобы мне её выдали. И вот сейчас мне не даёт покоя мысль: это просто так совпало или это было какое-то предчувствие?

— Думаю, это предчувствие, Артём, — серьёзно ответила она. — Развитое предчувствие — это верный признак сильного магика. Действительно сильного магика практически невозможно на чём-то подловить, он обойдёт любую ловушку. Так что с этим как раз всё понятно. Я только не понимаю, отчего этот так взбесился. В самом деле из-за ученичества?

— Думаю, да, — кивнул я. — Меня в канцелярии как раз и предупреждали, что моё ученичество многих разозлит. Было много попыток стать учениками Дельгадо, и он всем отказывал, учил только своих потомков. И вдруг возник я — вообще неизвестно кто неизвестно откуда, даже не студент.

— Это действительно плохо? — спросила она.

— Не то чтобы очень, но плохо, — с досадой сказал я. — В ученики к нему рвались самые способные, которые сейчас на высоких постах. Гадить как-нибудь будут, наверное. Ладно, переживём. С этим всё понятно, хотя я так и не понял, почему этот Ирца с самого начала стал ко мне вязаться.

— Ты ему просто очень сильно не понравился, Артём, — вдруг развеселилась Арна. — Потому что он на меня с первого взгляда запал.

— Правда, что ли? — удивился я.

— Правда, — засмеялась она. — Это сразу заметно было. Пойдём лучше танцевать, как раз медленный танец начался.

В трактире мы просидели допоздна и домой возвращались, когда было уже совсем темно, а в небе вовсю кружились волшебные светлячки Дельфора. Мы шли, разговаривая и смеясь, и когда уже дошли до дома, я вдруг заметил, какие у Арны лучистые глаза. Я засмотрелся, и неожиданно для себя поцеловал её, а она со всем жаром ответила. А потом как-то так получилось, что мы слишком увлеклись поцелуями и сами не заметили, как оказались в одной постели.

Глава 20

Глава 20

Я проснулся оттого, что на грудь мне кто-то навалился. То есть, понятно кто. Я обнял её, чтобы не убежала, и только потом открыл глаза. Арна внимательно меня рассматривала; я улыбнулся ей, и она мимолётно улыбнулась в ответ. Глаза у неё, правда, уже не сияли — это и понятно, всё волшебство происходит вечером, а утро волшебным не бывает. Впрочем, утро её совсем не портило.

— Ты очень долго с этим тянул, — сказала она, серьёзно на меня глядя. — Я что, такая некрасивая?

— Красивая, — совершенно искренне ответил я. — Ты потрясающе красивая. Мне просто казалось, что ты настроилась не допускать до свадьбы никаких вольностей.

— Ну, в общем-то, да, — признала она. — Я твёрдо решила, что первый раз у меня будет только с мужем.

А я что — уже муж? Хотя кто знает, что у них здесь за обычаи. Может, я, сам не подозревая, выполнил какой-то ритуал? К примеру, сказал случайно какую-нибудь ритуальную фразу и всё, мы теперь женаты.

— Но я же потом передумала, — обвиняющим тоном добавила она.