Лицо его налилось кровью, он поднырнул вниз, чтобы отцепиться от мечников, но неудачно — рука хрустнула в суставе, а Мальгрув, словно того и ожидая, не преминул зафиксировать строптивца у самого пола, едва не воткнув носом в собственный плевок.

— Всё! — задушено крикнул Аршахшар. — Я понял!

— Ты уверен? — поинтересовался Мёленбек.

— Да!

— Скажи: «Басторз», — попросил Мёленбек.

— Всё знаешь, да?

— Конечно.

— Здесь это ничего не значит.

— И всё же — скажи, — улыбнулся Мёленбек.

Аршахшар стукнул ладонью в пол.

— Басторз!

По кивку цайс-мастера Штессан отступил в сторону, а Мальгрув дал степняку выпрямиться. Тот раздражённо оправил халат. Сверкнули щелочки глаз.

— У меня нет к вам обиды, — по очереди наставил на мечников палец Аршахшар. — Вы — воины. Вы чисты. А он, — указал он на Мёленбека, — чёрный человек, предатель! Весь мой малый кум, мою кенэ, моих эрцха предал!

— Я не обещал… — сказал Мёленбек.

— Ты обещал! — Аршахшар едва опять не бросился в бой, но в последний момент сдержал себя. — Ты обещал нам помощь!

— Мы были разбиты, — сказал Мёленбек. — Паргид пал, и всё, что я смог… — Он округлым жестом обвёл пространство. — Это оказаться здесь. Как видишь, не очень многое стало мне подвластно.

Несколько секунд Аршахшах стоял неподвижно.

— А этот? — качнул головой он в сторону Лёшки.

— Секретарь, — сказал Мёленбек.

Словно о мебели. Или о вешалке. Или о штукатурке, сложенной у двери.