Так вот, этим формальным понятиям, как полагают, соответствуют два объективных понятия – простых и не разрешимых в несколько других, – из которых одно называется высшим, или более абстрактным, чем другое, только потому, что отвечает более смутному формальному понятию, в коем вещь постигается не тем или иным определенным образом, как она пребывает сама по себе, но смутно и абстрактно. Это высшее понятие тоже может мыслиться входящим в низшее понятие без всякого соединения с ним: ведь все то, что смутно постигается в первом, абстрактном понятии, содержится и в другом объективном понятии, которое мыслится более отчетливо, причем содержится в нем как в целом, с какой бы точки зрения его ни рассматривать. И, наконец, согласно этому мнению, высшее понятие определяется до низшего, а низшее добавляется к высшему не по способу присоединения части к части, а лишь по способу более отчетливого или более смутного определения, или выражения, одной и той же вещи в отношении к разным понятиям ума.

8. Такой способ объяснения этого предмета указывает св. Фома в «Спорных вопросах об истине», вопр. 1, ст. 1, где говорит: «То, что интеллект постигает прежде всего, как самое известное, и во что он разрешает все понятия, есть сущее. Поэтому надлежит, чтобы все прочие понятия интеллект принимал через добавление к сущему. Но к сущему ничто не может добавляться как чуждая ему формальная природа, то есть тем способом, каким отличительный признак добавляется к роду, потому что любая формальная природа по своей сущности есть сущее. В соответствии с этим нечто называется производящим добавление к сущему постольку, поскольку выражает модус сущего, не выраженный в имени сущего, как таковом». И ниже: «Субстанция не добавляет к сущему никакого отличительного признака; но в имени субстанции выражается особый модус бытия». То же самое высказывается в вопр. 21 «Об истине». И так же рассуждает Скот, На кн. I «Сентенций», дист. 8, вопр. 3; однако он объясняет это по-другому, как явствует из сказанного.