Стало быть, необходимо сказать, что в тех степенях интенсивности, например, тепла, которые мы расчленяем в уме, имеется некий диапазон непрерывного возрастания или убывания; и этот диапазон по необходимости может члениться до бесконечности. Иначе они не могли бы служить причиной непрерывного изменения, ибо непрерывное движение по необходимости должно быть делимо до бесконечности. Отсюда мы последовательно делаем также тот необходимый вывод, что эти степени соединяются между собой в некоем общем термине, ибо иначе в них невозможно помыслить непрерывность и подлинное, реальное единство, без которого немыслима никакая шкала. В самом деле, если две степени не соединяются между собой указанным образом, то и две части, или (так сказать) половины единой степени не будут соединяться между собой: ведь всякое качество составляется из нескольких степеней тем же способом, каким каждая степень составляется из двух или трех равных частей. Но без такого соединения это так же немыслимо, как немыслим без этого континуум, членимый во всех своих частях.

24. Из этих противоположных начал, касающихся интенсивности, прямо следует, что Бог может вложить в один и тот же субъект несколько качеств, способных к возрастанию и убыванию и различных только по числу. Эти качества – например, два тепла по восемь градусов – не производят одного, более интенсивного качества, так как Бог может вложить их в субъект как укоренные в нем и не связанные между собой в собственном смысле, но соединенные лишь акцидентально, в силу единства субъекта. А этого не достаточно для возрастания интенсивности.

И не нужно вводить здесь новые противоречия. Именно так чаще всего полагают учители в комментариях на кн. I «Сентенций», дист. 17, и – в комментариях на это же место – Григорий из Римини, вопр. 5, Оккам, вопр. 7, Эгидий, Quodl. IV, вопр. 1. Эгидий приводит следующее замечание, которое заслуживает внимания. Бог может поместить в одном и том же месте два численно разных количества и сохранить при этом их различие без какого-либо реального соединения между собой, образующего некое одно, большее, количество. Почему же тогда Он не может вложить в один и тот же субъект две белизны, которые остались бы различными и не соединенными, а значит, не образующими никакой единой, более интенсивной белизны?

Раздел девятый Противоречит ли индивидуации акциденций, чтобы многие акциденции, различные только по числу, последовательно присутствовали в одном и том же субъекте

Раздел девятый

Противоречит ли индивидуации акциденций, чтобы многие акциденции, различные только по числу, последовательно присутствовали в одном и том же субъекте