Пятая секция Есть ли метафизика совершеннейшая умозрительная наука и истинная мудрость

Пятая секция

Есть ли метафизика совершеннейшая умозрительная наука и истинная мудрость

1. Эксплицируя конечную причину и пользу этой науки, мы разом объяснили ее эффект; ибо вся ее польза целиком положена в ее операции и эффекте; а потому осталось, чтобы мы сказали немного о ее атрибутах, которые легко могут собираться из подлежащей материи и из ее цели.

2. Первое заключение. – Сказываю, во-первых, что метафизика есть совершеннейшая из всех умозрительная наука. Так учит Аристотель, кн. I, гл. 2, и кн. II, гл. 1, и кн. III, гл. 2 [ «Метафизики»], и все интерпретаторы. И это утверждение уже достаточно одобрено из сказанных. Ибо в предшествующей секции мы показали, что цель этой науки есть познание истины, и что из себя она останавливается на нем; наука же из этой цели и называется умозрительной, как учит Аристотель в кн. VI [этой], и будет трактоваться в своем месте ниже. В первой же секции [этой диспутации] было показано, что объект этой науки есть наизнатнейший, как в бытии объекта, – из-за высшей абстракции, так и в бытии вещи, – из-за самых знатных сущих, которые она охватывает. А всякая наука имеет свою знатность из своего объекта; потому эта умозрительная наука есть превосходнейшая из всех.

3. Вопросец. – Некто, пожалуй, спросит, есть ли эта наука чисто умозрительная, или также и практическая; ибо, как я предполагаю ныне, не противоборствует, чтобы та же наука или познание неким выдающимся объективным содержанием была разом умозрительной и практической; ведь [именно] это теологи закрепляют [за] божественной наукой, – не только, как она есть в самом Боге, но также и – насколько ей причастны мы, – или через ясное видение, или же через темную теологию и веру; а тогда и в приобретенных и природных науках также могла бы быть некая, которая была бы причастна этому выдающемуся положению и была бы разом умозрительной и практической. Что – если уж какому-то [природному вообще], – то более всего должно подходить этому учению: во-первых, потому что [метафизика] есть высшая из всех наук и повелевает всеми, по тому, как это сказал в Проёмии [ «Метафизики»] Аристотель. Потом, потому что совершает природное познание Бога, насколько это может делаться светом природы; а из познания Бога зависит правильное суждение о тех, что должно делать; тогда также и это суждение направляется через эту науку, а потому из этой части она есть практическая. И [аргумент] объясняется этим способом: ведь эта наука демонстрирует божественные атрибуты, которые могут демонстрироваться светом природы, между коими суть – быть высшим благом, быть предельной целью всех [сущих], быть первой истиной; тогда все эти демонстрирует эта наука, а потому она также будет демонстрировать и то, что Бога должно почитать сверх всех, потому что это долженствует ему, насколько он есть высочайше благой и предельная цель. Опять же, эта наука демонстрирует, что Бог имеет провидение [обо] всех [вещах] и есть мудрейший и справедливейший; тогда последовательно она будет учить и о том, что его должно страшиться и ему должно верить, и о подобных, каковые все относятся к нравам и праксису. Наконец, не иным доводом и вложенная Теология заслуженно оценивается [как] выдающимся способом практическая и умозрительная, если не потому, что она под более высоким светом рассматривает в Боге это объективное содержание предельной цели, которую должно преследовать через нравственные и практические средства; а потому то же будет [истинным] и о природной метафизике, как проходящей под более нижним светом, при соблюденной пропорции.