50. А потому для абсолютного и всецелого подчинения необходимо, чтобы субъект подчиненной науки придавал субъекту подчиняющей науки акцидентальное разнесение, как видимая линия придает [это] линии, звучащее число – числу, а врачуемое человеческое тело – человеческому телу; ибо из этого сопряжения происходит как то, что наука, коя специально рассматривает свойства, проистекающие из того сопряженного, как таковые, есть разная от той науки, которая абстрагируется от этого сложения и рассматривает субъект согласно себе самому, так и то, что принципы такой [подчиненной] науки суть заключения более высокой науки, потому что свойства такого сложенного, уж точно, происходят из самих слагающих и из тех свойств, кои [эти слагающие] имеют согласно себе, а [потому] и демонстрируются в более высокой науке [о том субъекте согласно себе]. О коих всех шире разбирается в кн. I «Вт. Ан.», гл. 11; тут же мы на них намекнули и как бы от них зачерпнули единственно только для того, чтобы кратко эксплицировать то, каким способом метафизика привязана к иным наукам, также – и [что касается] этого свойства.

51. Никакие свойства подчиняющей науки не есть в метафизике. – Итак, из сказанных весьма ясно собирается, что никакое свойство собственно подчиняющей науки не сходится с метафизикой в отношении иных наук. Ибо, во-первых, иные науки не всячески зависят в их бытии науки от метафизики, потому что не зависят [от нее] во всей очевидности и достоверности своих принципов. Ведь они имеют свои непосредственные и недемонстрируемые остенсивно и прямо принципы; что уже достаточно для того, чтобы они могли иметь их [т. е. принципов] очевидность непосредственно из имения принципов, каковой [очевидности] достаточно для порождения науки. Ибо пусть метафизика и может неким способом демонстрировать те принципы [иных наук], однако, эта демонстрация не есть просто необходимая для очевидного суждения о таких принципах, так как они могут очевидно познаваться и из терминов, а та демонстрация не есть собственно «от более первого», но через сведение к невозможному или, самое большее, – через некую внешнюю причину. А потому метафизика не есть просто необходимая для очевидности этих принципов; потому – и не [необходимая], чтобы рожденное из них [т. е. принципов] имение было истинной наукой; потому – такое имение не есть наука, подчиненная метафизике. Опять же, объекты низших наук суть упорядоченные под сущим или субстанцией не через акциденцию, но – через себя и сущностно, как это открыто в природном сущем, которое есть объект философии, и о количестве, которое есть объект математики. А основание есть то, что под сущим ничто не содержится через акциденцию, но – через себя; что же до того, если есть некая наука, коя ведет дело о некоем сущем разума, то та [наука] никоим способом не упорядочивается к метафизике, насколько эта ведет дело о реальном сущем, потому что сущее разума как таковое не содержится под реальным сущим, но есть перво-разрозненное [от реального сущего]; насколько же метафизика ведет дело [также и] о сущем разума, то так кое-угодно сущее разума не через акциденцию, но через себя содержится под сущим разума как таковым, которое рассматривает метафизик; а потому между [этими] и не входит собственное и всецелое подчинение. Чему также учит и само пользование [науками], иначе метафизика должна была бы приобретаться до всех наук, потому что без нее не могла бы быть никакая [иная] наука; но в пользовании мы имеем противоположное – из-за выше затронутых причин, и тем не менее, без метафизики делаются истинные демонстрации из через себя известных принципов, и прежде всего – в математических [науках], а потому между [этими науками] и не входит истинное подчинение. А что в одном или другом заключении [оно] иногда и входит, то это не противоборствует [положенному заключению], как легко может быть понято из положенных принципов.