Завершив речь, весь воспылав и покраснев, король очаровался тому, как все в один голос уже орали одну единственную фразу. Ура! Но в этом коротком и бессмысленном слове таится сила, воля и решимость. Всё то, что и желал привнести Зельман. Леонардо Эйдэнс, наблюдавший за происходящим со стороны, улыбнулся, довольный и счастливый.

Наконец, впервые за несколько месяцев, выглянуло и солнце. Поразительно, как погода постоянно подлавливает идеальные моменты для своих проявлений. И всегда точно в тон настроения. Поразительно! — подумал про себя Леонардо Эйдэнс, князь Тзильета и десница короля Невервилля.

IX.

— Гони же кучер, гони! Родный, гони! Бог сегодня не милостив. Гони, прошу, гони! — привычным для себя тоном блеял Отец Святейшества Мариус Ольд.

Седовласый возница стал подгонять лошадей хлыстом. Скакуны гнали на пределе своих возможностей с учётом занесенных снежным вихрем дорог. Впереди, едва различимо из-за бури, виднелся свет. Приблизившись ещё, кучер понял, что это патруль и рванул лошадей в обратном направлении. Началась погоня. Мариус Ольд, сидя в кабриолете, стал молиться. Кучер беспрерывно хлестал лошадей. Но попытки оторваться были тщетны: мустанги без экипажей оказались гораздо быстрее. К тому же, и сзади их уже встречали гвардейцы.

— Мариус Ольд, увы, приказ… Прошу простить, Ваше Сиятельство… Мне жаль, но вы арестованы по приказу короля, — с волнением произнёс один из патрульных, стыдливо глядя на того, кто служит связующим звеном между ним, простым служивым, и тем, кто над всеми живыми властен.

— Дружок, ведь как же это… ведь грех! Нельзя! Пустите, как вы смеете! — Кричал он, пытаясь высвободиться из хватки гвардейцев, которые волокли его в карету для заключения.

— Таков приказ… — провожая его до кареты, повторял патрульный.

Мариус Ольд Святейший, долгое время единолично занимавший место Главы Храма Вероисповедания Невервилля, то есть являлся человеком с высочайшим саном божественного служения на всём Севере, был арестован по указу Его Величества короля Зельмана Златогривого по обвинению в измене Родине. Его ожидал эшафот.

Король лично прибыл с фронтовых частей, дабы проститься со своим учителем и наставником.

— Господин Мариус Ольд… можно войти?

— Да чего же вы, Выше Высочество, спрашиваете? Разве же я сейчас могу отказать? Я ведь под арестом и власти ныне не имею.

— Почему? — спросил король.

— Почему я бежал? — с ухмылкой переспросил Ольд, прекрасно читая все повадки его бывшего ученика. — Испугался, сынок.