На столе в кабинете Раян оставил записку. На всякий случай. Если все закончится хорошо, он успеет порвать ее до того, как Лика проснется. Если нет… Магистр не желал уйти, не попрощавшись.

Лика… От звука этого имени разглаживались морщины, расцветала улыбка на губах.

Право, что на него нашло, откуда панические мысли? Он расправится с Альмой и будет танцевать с Ликой на новогоднем балу.

Что-то хрустнуло справа.

Раян мгновенно подобрался, глянул в нужную сторону. Ничего, только крупные хлопья мокрого снега липнут к мостовой. Однако звук был, ему не показалось. Насупив брови, магистр медленно повернулся вокруг своей оси и на всякий случай укрылся в тени ближайшего дома. Кажется, над головой поскрипывала вывеска. Ах да, кондитерская.

— Помнишь, ты водил меня сюда есть пирожные?

От тихого голоса Альмы волосы на его теле встали дыбом.

Она здесь, почему же амулет не среагировал?!

Рука магистра инстинктивно потянулась к груди, скользнула под пальто.

— Ты что-то смастерил, верно? Из моей крови.

Полупрозрачная фигурка, будто дразня, возникла в круге света. На Альме были те самые перчатки и та самая шубка, которую Раян видел в квартире. Игра воображения, или от нее вдобавок пахло духами из убогой комнатенки?

— Чтобы преуспеть в магии крови, одной алхимии мало. Ты никогда не был силен в некромагии.

Альма грустно улыбнулась и коснулась шеи. Пальцы ее скользнули вверх, скручивая упругую спираль из тонкой прядки за ухом.

— Да, вот такая я стала. Некрасивая. И больше не нравлюсь тебе. У тебя теперь другая, — с болью добавила она. — Из плоти и крови, молодая… Никчемная.

Раян фыркнул. Он не сомневался, что стригесса попытается унизить соперницу, если уж не способна свернуть ей шею. Трагические роли с заламыванием рук не для Альмы.

— Ты прекрасно знаешь, в чем дело. Ты сама виновата в случившемся.

— Вот как? — На краткий миг между вишневых губ сверкнули идеальные острые зубки. — Ты изменил мне, но обвиняешь меня в своей измене?

— Ты изменила мне первой. Вдобавок я не сплю с той девочкой.

— Но собираешься. Ах, не лги мне, милый, я же вижу, как плотоядно ты на нее смотришь. Бери, я не обижусь. Хоть всех студенток академии, но останься мне верен, сдержи клятву. Помнишь, — палец ее очертил контуры верхней губы — старый прием соблазнительницы, — как ты дрался за меня, бросал оскорбления в лицо королю? Тот Раян Энсис любил меня. Эх, куда все делось?

— Что с Ларсом? — равнодушно поинтересовалась она. — Убили? Прости, я его маленько покусала — требовалось восстановить силы после твоего кровопускания. Но тебе ведь его не жалко, милый, дурака и предателя?