Альма сделала шаг вперед. Снег под ее ногами захрустел: тело стригессы постепенно обретало материальность. Даже отбрасывало тень — немыслимо для нежити! Но этим и отличались стриги, белая кость среди свиты Асписа.

— Мне жалко исключительно себя.

Требовалось потянуть время, навязать Альме свою игру, и Раян охотно притворился, будто судьба бедного Ларса волновала его меньше прошлогоднего снега.

— О, — глаза стригессы полыхнули огнем, — они заплатят! За каждый твой синяк, за каждую капельку крови! Жду не дождусь, когда вопьюсь зубами в горло этих чинуш!

«Значит, Теги прав, ее месть карателями не ограничится».

— И как же ты до них доберешься?

Раян скептически склонил голову набок. Чем больше он вытянет из Альмы, тем лучше. Даже если она его убьет, в Тайной канцелярии сыщется годный некромант, способный расспросить душу.

Магистр нарочито держал руки на виду, демонстрируя доброжелательность. Одно неверное движение, и все пропало. Альма ведь могла не только убить — затаиться. Приманка сработает лишь однажды.

— Это мое дело, — мурлыкнула Альма.

Она приблизилась вплотную. Раян ощущал исходящий от нее мертвенный холод, видел, как бледна ее полупрозрачная кожа, как огромен зрачок. «Надо же, — с хладнокровием ученого отметил он, — никакой алой кромки радужки и иных изменений. При желании, накрасившись, она бы сошла за живого человека».

— Зачем ты ранил меня?

Этот вопрос должен был прозвучать, и Раян заранее заготовил ответ:

— Потому что испугался.

— За себя?

Альма мимолетно коснулась его руки и зашла за ему спину. Раян напрягся — он оказался в крайне невыгодном положении.

— За других. Там были мои знакомые.

— Алесы? — Ледяное дыхание овеяло его шею. — Я бы их не тронула. Или ты о девчонке?

Резким движением Альма запрокинула ему голову, стиснула горло локтем.

— Ты мой, Раян. — Острые клыки играючи пронзили ворот пальто, однако не причинили коже Раяна вреда. Пока. — Мой и ничей больше. Запомни это!

С небывалой для ее хрупкого телосложения силой стригесса оттолкнула его. Не удержавшись на ногах, магистр упал на колени. Закашлявшись, он сделал пару жадных вздохов, поднялся на ноги и засунул ладонь под пальто.