— Голо. Голо и уныло, — бормотал Раян, скользя взглядом по темным остовам деревьев.

Они напоминали мертвецов. Те же костлявые ветки-руки, в мольбе тянувшиеся к небесам. Та же замершая, иссушенная жизнь внутри стволов. Ни пичужки, ни жучка, только застывшее небытие.

По верхушкам деревьев бродил ветер, шумел, завывал, словно предупреждая: «Не ходи!»

И все же следовало оставить записку.

Раян со щемящей тоской осознал: «Если со мной что-нибудь случится, у нее ничего не останется!» С другой стороны, так быстрее забудет. Сколько мучений принес ему портрет Альмы! Каждый вечер доставать его, всматриваться в знакомые черты, снова и снова тупым ножом кромсать свое сердце… Лика молода, у нее еще все впереди. Первая любовь почти всегда несчастная, проба, пролог к чему-то настоящему.

— Ты стар для нее, — твердил себе Раян. — Ей двадцать, а тебе уже сорок пять, между вами целая пропасть.

— Будь, что будет! — наконец решил он и постарался выбросить из головы образ спящей девушки.

Эти две ночи магистр потратил не только на изготовление амулета. Он тщательно изучил, сопоставил различные способы убийства нежити, высчитал коэффициенты. Раян не собирался импровизировать, он заранее заготовил несколько вариантов, постарался продумать все непредвиденные ситуации. Главное, загнать Альму в серебряную клетку, а потом…

Погруженный в мрачные мысли, Раян не заметил, как дошел до нужного сарая.

Сотворив лепесток огня, магистр обошел полинявшее от дождей строение и, пошарив рукой, достал из тайника под порогом ключ — разумеется, калитка на ночь запиралась.

Он без труда справился с защитными чарами. Немудрено, ведь Раян принимал самое деятельное участие в их создании!

Ключ повернулся в замке, выпустив в створ Счастливого переулка.

Очутившись по ту сторону парковой ограды, магистр не забыл вновь замкнуть магическую цепь и быстрым шагом пересек небольшой пустырь, где в летнее время устраивали народные гуляния.

Счастливым переулок прозвали торговцы, державшие здесь склады. То ли из суеверия, то ли здешнее место действительно помогало им в делах. Собственно, потому что здесь не было ни единого жилого дома, Аргус посчитал место встречи идеальным.

До старого кладбища от переулка чуть меньше часа ходьбы. Все по предместьям, застроенными деревянными домишками с огородами. Где-то там уже слились с темнотой ночи гвардейцы, готовые по условному знаку прийти на помощь магам. Заготовлена телега, на которой в серебряной клетке перевезут останки Альмы. Канцелярист заранее предупредил: их сожгут, а пепел развеют в разных местах, чтобы ни один некромаг вновь не возродил к жизни.