Магистр намек понял.

— Можете забрать его завтра. На доме чары, будьте осторожны!

Лучше предупредить, чтобы не обвинили в препятствии правосудию.

— Вот вы нам и откроете. Очень бы хотелось, чтобы вы тоже были дома.

Понятно, Аргус устроит перекрестный допрос. Хотя бы кандалы не наденет — уже хорошо.

— Время! — щелкнув карманными часами на цепочке, поторопил канцелярист. — Вы заготовили обманку?

Вместо ответа Раян показал ему колбы. Он ожидал, офицер поинтересуется их содержимым, но тот проронил лишь:

— Я в вас верю. Не подведите!

Магистр не ответил и двинулся вдоль кирпичной стены.

Один шаг — один удар сердца.

Вскоре дыхание Раяна стало размеренным, былая тревога улетучилась, уступив место предельной собранности. Магия в нем бурлила, словно в ведьмовском котле, готовая по щелчку пальцев переродиться в действие. Магистр тщательно отслеживал природные потоки, подмечал малейшие изменения.

Много земли и воды, чуть воздуха.

Раян покосился на следовавшего за ним на небольшом отдалении Аргуса и незаметно стянул перчатку. Растопыренные пальцы жадно ловили, впитывали слабые потоки стихийной магии. За городом их станет больше, но пользоваться ими будет уже нельзя: Альма почувствует.

— Земля и воздух. — Губы магистра едва заметно шевелились. — Вода — нет.

Он надеялся лишить стригессу преимущества — способности свободно передвигаться, сливаясь с воздушными потоками. Земля тоже помогла бы, сковала ее движения ножными кандалами. Все это не потребуется, если Альма последует за ним добровольно. Только вот последует ли?

А вот и повозка.

Раян споткнулся, сбился с шага, когда заметил ее.

Унылая кляча, скучающие, кутающиеся в плащи солдаты. Кто-то из них не выдержал, закурил: в воздухе стоял прогорклый запах дешевого табака.

Ну и палач, куда же без палача!

Магистр узнал его сразу, безошибочно вычленил из одинаковых сгорбленных фигур.