Леонтий Афанасьевич убрал руки и произнёс:

— Реформа за реформой, а толку… Что воду решетом носить…

Стало видно, что он не насмехается над их незнанием, над наивными словами отца. Он просто устал, устал давно, почти смертельно, от некомпетентности государственных служащих всех уровней, от предрассудков, всеобщей инертности и невозможности что-то быстро изменить. Князь тяжело вздохнул, разом постарев лет на двадцать.

— Дай Шестиликая долголетия, увидеть результаты трудов воочию.

Аннушка моргнула. Злость куда-то испарилась, и на место её пришла жалость к этому уставшему и давно уже не молодому человеку.

— Анна Ивановна, вы за последний год сколько раз, говорите, сознание теряли? — тихо спросил князь, встретившись с нею взглядом.

— Трижды, — пожала плечами Аннушка. — Только это не просто за последний год — это всего за всю мою жизнь. Я до этого чувств не лишалась.

— Трижды, — повторил Ромадановский. — Первый раз осенью, и дважды в этом месяце. Так?

Аннушка кивнула.

— Остальные приступы как часто случались?

— Раз в месяц, может немного чаще, — неуверенно протянула Аннушка.

Ромадановский передал ей листок с именами и датами.

— Посмотрите, не совпадают ли? Здесь даты примерно указаны, возможно, что приступы случались чуть раньше, или чуть позже. Может, их было больше, чем здесь указано. Если да, то насколько больше? Когда именно случались не записанные здесь приступы?

Аннушка внимательно вгляделась в протянутый ей листок и призналась:

— Приступов чуть больше было. Те, что указаны, похоже, что совпадают, но точно не скажу. Не помню…

— Ну что ж поделать… Вы говорили, что к местному врачу обращались, уверен, он поможет восстановить точные даты.

Аннушка расстроенно покачала головой, а Иван Петрович осторожно сообщил:

— Так мы не каждый раз обращались, а лишь когда приступ очень уж тяжёлый был… Раз пять за всё время… А так в плановом порядке он к Аннушке заезжал, опрашивал да травки успокаивающие выписывал.

— Ну что ж, узнаем время этих пяти обращений, — со вздохом сказал Леонтий Афанасьевич. — Может, из конспекта опросов плановых ещё что восстановим. Не переживайте. Разберёмся. Меня сейчас больше волнует вопрос, почему Анна Ивановна трижды сознание теряла?

Все недоуменно уставились на князя.