– Ох, ну… Она была так убедительна, расписывая, насколько плачевно он выглядел: осунулся, облез, глаза слезятся, шерсть клоками… – Пьюрис осеклась, когда Вивис одарила ее неприветливым взглядом, и снова примирительно замахала руками: – Остынь, остынь. Я ведь уже извинилась. Просто все как на иголках из-за этой войны. В ином случае обычный медведь не породил бы столько слухов. – Она вдруг, словно только что заметив, обратилась к Лу: – Так ты приехала из того их лагеря, да? Как там моя дочь?

Застанная врасплох, девчонка непонимающе нахмурилась.

– Она про Джесс, стратегика армии Феникса, – объяснила Вивис с набитым ртом, облизывая пальцы. – Слушай, Пью, не думаю, что они пересекалась…

– Ну, вообще-то, я ее видела…

– И как она? – Пьюрис, оживившись, буквально впилась в девчонку глазами.

– Ну, она… э… была весьма… – Лу замялась, пытаясь подобрать вежливое слово. – Энергична.

– Да, это моя Джесс, – гордо закивала шаотка. – Небось все там по струнке у нее ходят.

Вивис закатила глаза, и, проглотив очередной кусок пирога, поведала:

– Эта экзальтированная женщина – моя давнишняя подруга. Она в душе художник, и ей, в отличие от меня, мало дела до того, что происходит на фронте. Ее волнуют только успехи ее дочери.

– Сама ты экзальтированная, курица. Когда твой сын сделался электом, ты сама ходила, задрав нос.

– Да это было шесть лет назад, что ты можешь об этом помнить, карга старая.

– Сама ты карга. Я, между прочим, моложе тебя. А ты уже так плоха, что позабыла все правила приличия. До сих пор не представила мне свою гостью!

– Это не гостья. Это Лу. Она теперь тут живет.

Подруга, явно заинтригованная, уставилась на нее, ожидая продолжения. Когда его не последовало, вскинула брови:

– И все?

– И все.

– Вот так вот?

– Вот так вот.

– Ну и черт с тобой. Не изволишь ли сама рассказать, леди, кто ты такая?

– А тебе все скажи да расскажи, – не позволила девчонке раскрыть рта Вивис, и она, поставленная вопросом Пьюрис в тупик, была на это совсем не в обиде. – Может, если бы ты принесла с пирогом бутылочку тиссатского вина, тебе бы и рассказали. А так – уволь.