– Вчера ты была веселее, – заключила Вивис, когда они въехали в верхний город. Теперь для продолжения беседы приходилось повышать голос, чтобы перекричать шум улицы, но дорога тут стала ровнее, и девчонку немного отпустило. – Хотя, конечно, пьяной всегда веселей. Но вечно пьяной ходить не будешь, поэтому вот что я тебе скажу: не кисни.

– Простите, я не очень хорошо спала, – призналась Лу. Она ехала, цепко ухватившись за поручень, чтобы не свалиться; фаэтон ускорился, сворачивая с боковой улочки на центральную и вклиниваясь в бурный поток, стремительный и беспощадный, как горная река.

– А я-то, думаешь, спала нормально – после появления такого чуда-чудного из иного мира? К твоему сведению, если бы производить впечатление было преступлением, тебя бы уже приговорили к двум смертным казням! – захохотала Вивис, с силой дергая вожжу, чтобы объехать пересекавшего дорогу старика с тростью; экипаж дал крена и мотнулся в сторону, сзади раздался недовольный свист. – Ладно, не обращай внимания на мои шуточки… Просто не верится, что я заполучила столь уникальный образец для исследований, и даже не могу отвезти в академию, чтобы похвастаться! Но будет лучше, если никто не узнает, откуда ты родом, не то слишком много ненужного внимания к себе притянешь. Все захотят изучить тебя со всех сторон, опыты поставить. Наверняка найдутся даже желающие тебя препарировать… А может, так и сделаем?

– Что сделаем? – непонимающе переспросила Лу.

– Разрежем и посмотрим, что у тебя внутри! Не бойся, дадим тебе анестезирующую настойку, и ты ничего не почувствуешь. А потом обратно зашьем… – Она весело подмигнула, и девчонка так и не поняла, шутит та или говорит серьезно.

Внушительное сооружение, перед которым Вивис затормозила фаэтон, был знаменитый Улей – сосредоточение всей шаорийской бюрократии. Лу заметила это здание еще вчера, проезжая мимо – на него тяжело было не обратить внимания, ведь при всем колорите местной архитектуры оно выделялось своим эпатажем. Когда-то давно шаоты, не особо любившие бумажную волокиту, решили сосредоточить ее в одном месте, чтобы было удобнее обходить это место стороной. Придерживаясь этой идеи, они возвели в центре города шестиугольную, как издревле повелось в Реверсайде, постройку, которая должна была обслуживать население по части любых бюрократических вопросов. Через какое-то время обнаружилось, что для возложенных на нее обязанностей она маловата, и тогда рядом пристроили другую. Вскоре и этого оказалось мало, и стали добавляться смежные постройки, с высоты делая архитектуру все больше похожей на пчелиные соты. Когда расширяться в сторону стало проблематично, новые конторы стали надстраиваться над существующими. Множились законы и правила, росли территории и население империи, а с ними неуклонно рос и Улей, поглощая соседние строения и приобретая совершенно невообразимые масштабы. Некоторые правители в разные времена предпринимали попытки реконструировать его и как один терпели фиаско, потому что любая приостановка кипевшей здесь деятельности влекла за собой ужасные последствия. В итоге конторы продолжали лепиться одна на другую, со всех сторон, неизменно шестиугольные, но разных цветов, размеров и стилей, и из-за этого их приходилось соединять лестницами и мостиками и подпирать колоннами и арками. Даже для шаотов, детей плана Хаоса, эта конструкция была чересчур хаотической.